Едва успела она договорить эту фразу, как в кабинет врываются вооруженные люди в черных масках, меня валят на пол, прижимают коленом к полу, за спиной защелкиваются наручники. Вот так поворот! Поговорила с мамой!

ГЛАВА 14

Мое положение – хуже некуда! Меня привезли в полицейский участок, закрыли в камере с какими-то двумя бомжеватыми тетками и вменяют мне нападение на Генерального прокурора области. Плюс ко всему у меня нет никаких документов и нет ни одного человека, способного подтвердить мою личность. Хорошо еще, что я оставила в машине пустой паспорт и права. Представляю, если бы при досмотре личных вещей полицейские обнаружили бордовую книжечку, бывшую когда-то моим паспортом. Бог знает, в чем еще меня могли бы тогда обвинить. Я сказала полицейским, что потеряла документы.

Сижу тихонько в уголке камеры. Тетки искоса поглядывают на меня и перешептываются. Что им от меня надо? Господи, за что мне все это? Что я сделала, за что меня так наказывают? Вижу боковым зрением, что одна из моих сокамерниц движется в моем направлении.

– Красавица, закурить не найдется? – Спрашивает она сиплым голосом.

­– Нет, я не курю, извините, – я сжимаюсь в комок, подтягиваю колени к груди.

– Молодец, что не куришь. А я вот курю. И выпить люблю! – Эта информация вызывает у моих сокамерниц радостные смешки.

Я поднимаю глаза на свою собеседницу. Опухшее лицо, растрепанные волосы, мешковатая грязная одежда. Сильно жизнь потрепала эту женщину. Я даже не могу определить ее возраст. Ей вполне может быть от тридцати пяти до шестидесяти.

– За что тебя сюда? Вроде, дамочка ты приличная, не то, что мы, – женщины снова ухмыляются, разглядывая меня, а я еще больше съеживаюсь под их взглядами.

– Это недоразумение! – Пытаюсь зачем-то оправдаться перед незнакомыми мне тетками, которые попали за решетку явно не по случайности. – Меня обвиняют в нападении на прокурора области. Но я не нападала на нее. Я только поговорить хотела…

– Уууу… Серьезное дело. Срок светит немалый! – Успокаивает меня тетка.

Серьезное дело! Будто я и без нее этого не знаю!

– А вы? Почему вы здесь? – Спрашиваю я, чтоб поддержать разговор.

– Да мы здесь частые гости! – Обе арестантки в голос смеются. Похоже, арест их совсем не пугает, а скорее наоборот. – Бомжуем мы, бродяжничаем. Сегодня пытались по нужде сходить в парке, да не успели. Вот нас полицаи и заграбастали. Ну а куда ж нам деваться? В себе что ли носить? Мы как собачки – что найдем, покушаем, где приспичит покакаем!

Бабы снова смеются. Видимо они решили, что шутка была удачной. А вот мне от этой шутки становится и вовсе не по себе. Если мне не удастся вернуться домой, то меня в будущем ждет та же участь. У меня нет дома, нет документов, нет работы, нет денег, нет ни друзей, ни знакомых. У меня нет ничего. По сути, я сейчас мало чем отличаюсь от этих двух теток. Сама только сегодня утром справляла нужду в кустах. Мне становится плохо от этих мыслей. Я представляю себя через несколько месяцев – грязная голодная оборванка, шатающаяся по улицам в поисках куска хлеба. Какой ужас! Я должна отсюда выбраться. Должна вернуться домой! Я сделаю все для этого!

Только сначала надо выбраться на свободу. Перспектива провести несколько лет в тюрьме за преступление, которого я не совершала, радует меня еще меньше. Вдруг меня посещает мысль. А что если бомжи – это такие же, как я люди, которые каким-то образом оказались в чужой реальности. Я никогда не думала прежде об этих людях. Ведь у них тоже раньше была семья, был дом, работа. Как они оказались на улице? Я решаю расспросить теток об их прошлом.

– Меня Ася зовут. – Протягиваю я руку тетке, которая сидит рядом со мной.

– Катерина, – она так бережно и опасливо пожимает мою руку, словно боится ее покалечить. Хотя, наверное, ей просто давно никто не протягивал руки. – А подругу мою Анастасией величают.

Анастасия учтиво кланяется, и обе опять начинают заливисто смеяться.

Раньше я очень брезгливо относилась к бомжам и бродягам. Мне казалось, что эти люди сами виноваты в своих несчастьях. Пьянство, наркомания, разгульная жизнь, а потом печальный итог. Я всегда считала, что человек сам хозяин своей жизни, сам выбирает свой путь. Как говориться, что посеешь, то и пожнешь. Только теперь получается, что я всю жизнь работала над собой, не пила, не курила, вела вполне достойную жизнь, а в итоге оказалась на одной линии с людьми, которых презирала и обходила стороной. Я никогда не верила в стечение обстоятельств, неподвластных воле человека. Мне казалось, что я все и всегда контролирую. Видимо, это не так. Мне вдруг стало очень интересно узнать, как эти две женщины скатились на самое дно жизни? Какие непреодолимые жизненные силы выкинули их на улицу?

– Почему вы живете на улице? – Спрашиваю я у Катерины. – Вы же не всегда так жили? Что произошло?

– А ты почему интересуешься? – Тетка заметно напрягается от моего вопроса.

– Просто я попала сейчас в трудную ситуацию… Пытаюсь разобраться, почему так произошло. – С грустью отвечаю я.