— Но там, снаружи, я видела еще кое-что, — возразила она. — Кто-то должен…

— Оно было большим и темным, будто с обугленной кожей? Быстро двигалось?

Она нерешительно кивнула.

— Да. Кажется, да…

— Вы уверены? — рявкнул он.

— Да.

— О господи!

Олофссон сглотнул.

— Это уже не живое. Вы должны сделать так, чтобы оно не попало на станцию.

— Я? — Она в отчаянии огляделась. — А вы что будете делать?

— У меня другие планы.

Неле увидела в глазах Олофссона страх — почти панику. Примирительно подняла руки.

— Хорошо. Давайте по порядку. Насколько я знаю, неподалеку есть Баранув, верно?

— Польская метеостанция? — Олофссон, по-прежнему держа ее на мушке, кивнул через плечо, в сторону двери. — Сорок пять километров к западу, в устье фьорда.

— Ближе ничего нет?

— Нет. И даже эта станция пустует.

Похоже, он держал ее за дуру.

— На Барануве размещены пять человек, — возразила она. — Морские биологи и океанографы. Они проводят измерения озона, радиации и следовых веществ, анализируют атмосферные газы.

— Прекрасно осведомлены, как я погляжу. — Олофссон коротко рассмеялся. — И что бы вам это дало? Там вы оказались бы отрезаны от мира точно так же, как здесь.

— Хорошая попытка. Но станция поддерживает связь с двадцатью мобильными наблюдательными пунктами, судами, измерительными буями и буровыми платформами, — снова возразила она. — У поляков большие планы. Через два года они собираются построить там обсерваторию северного сияния.

Он впечатлённо приподнял брови.

— Для врача вы на удивление хорошо информированы.

Верно. Вот только врачом она не была.

— Мы можем добраться туда, — вновь попыталась она.

— Вы не понимаете! — Раздраженно он провел ладонью по бороде. — Обстоятельства не оставляют мне выбора. Я должен отрезать нас от цивилизации.

Неле не сдавалась.

— Вы смогли бы управлять вертолетом?

Он снова кивнул в сторону улицы.

— Вы имеете в виду тот «Eurocopter», на котором вы прилетели? Вообще-то много лет назад я получил летное свидетельство на предыдущей модели. Отличная машина: кабина, приспособленная для ночного видения, цифровая система Moving Map, GPS-навигация, GSM-телефон и три тактические радиостанции.

— Вы заглядывали в кабину?

Он кивнул.

— На борту у вертушки даже есть снаряжение для горноспасательных работ и двойная крюковая система для эвакуации на тросе. Но все это нам больше не понадобится.

Она глубоко вдохнула.

— Давайте спокойно все обсудим, прежде чем вы сделаете что-нибудь необдуманное.

Он улыбнулся с усталой обреченностью.

— Я так и думал, что вы любой ценой попытаетесь отсюда выбраться. Если я вас не повезу, вы попробуете сами, даже рискуя разбиться. Верно?

Он даже не стал ждать ответа.

— Вы не оставляете мне выбора.

Олофссон вытащил из кармана брюк маленькое черное устройство с красной кнопкой — похожее на пульт дистанционного управления.

Неле прищурилась.

— Что вы собираетесь сделать?

— А на что это похоже?

На дистанционный детонатор!

— Вы блефуете, — сказала она и в тот же миг поняла, что принимает желаемое за действительное.

Сволочь не блефует.

Каким бы безумцем он сейчас ни казался, в его поступках была своя логика.

— Пятьсот граммов пластиковой взрывчатки. Обычно мы используем «Семтекс» для подрыва лавин. — Олофссон положил палец на кнопку. — Прежде чем у вас появится шанс покинуть станцию на вертолете, я взорву его.

— Олофссон, прошу вас! Я все равно не умею управлять вертолетом, — призналась она.

— А радиостанции на борту?

— Обещаю, я к ним не притронусь. Нам надо…

— Как бы я хотел, чтобы вы говорили правду.

Он провел пальцем по кнопке.

— Будьте благоразумны! — крикнула Неле и шагнула к нему.

Олофссон нажал кнопку. В ближайшем окне полыхнула ослепительная вспышка, прорезав сумерки. Вертолет взорвался, земля содрогнулась, оконные рамы заскрипели, и несколько секунд спустя по крыше застучали осколки — мелко и часто, как град.

— Вы сошли с ума!

— Ах, я сошел с ума? — заорал он. — Я единственный из нас двоих, кто здесь еще в здравом уме.

Он швырнул пульт в угол и снова навел на нее оружие.

— Что вы вообще знаете? Доктор Ронен запросил вас всего два дня назад, верно?

Он горько рассмеялся.

Она кивнула, одновременно вспоминая жуткий рассказ биолога.

— Что случилось с Эквистом?

— Дрёя вам не объяснила? — Олофссон сжал губы. — К счастью, у вас уже не было возможности его увидеть. Поверьте, выглядел он скверно. Сразу после него досталось Нюландеру, нашему инженеру по робототехнике. Он был внизу, в шахте. У него порвался защитный костюм. С них двоих все и началось.

У Неле пересохло во рту.

— А остальные?