— Вы правы! — его лицо озарила неприятная, слишком широкая улыбка. — Какая вы умница, что понимаете такие вещи! Не многие молодые девушки так мыслят.

— Если все будут «правильными», многие люди потеряют работу, — продолжила я, цепляясь за логику, как утопающий за соломинку. — Все разные. Но закон лучше не нарушать.

— Ох, девушка, вы радуете мое старое сердце!

— Я просто говорю то, что думаю.

— Это правильно.

В этот момент на территорию больницы, наконец, заехало мое такси. Я чуть ли не бросилась к нему.

— Всего доброго! — крикнула я через плечо.

В спину мне, вместо прощания, прилетели тихие, но отчетливые слова:

— До скорой встречи.

Нет. С этим человеком встреча была не просто нежелательна. Она была опасна. В нем было что-то ненормальное, пугающее до глубины души. И странное ощущение дежавю не отпускало. Я его где-то видела. Но где?

***

Приехав домой, я посмотрела на время. Было уже восемь утра. Решила позвонить маме. Она взяла трубку сонным, хриплым голосом.

— Агатик? У тебя все хорошо? Ты рано звонишь…

— Да, мам, все хорошо. Просто соскучилась. Как твоя нога?

— Ох, — она тяжело вздохнула, и послышались звуки, будто она с трудом приподнимается. — Мне уже лучше, косточка срастается. Знаешь, я думаю, все-таки поеду домой. В гостях хорошо, а дома лучше. И с тобой хочу увидеться. Ты же приедешь ко мне на выходные? Я хочу на этих уже быть дома. Агатик, а давай ты в пятницу прогуляешь пары, встретишь меня с поезда? Поедем домой, на выходных у меня останешься, а?

Ее голос был таким теплым, таким родным, что ком подкатил к горлу.

— Да, мам, — прошептала я. — Я тут… я хотела тебе сказать кое-что…

— Что такое, Агата? — ее голос мгновенно стал серьезным, настороженным. — У тебя что-то случилось? По голосу слышу, какая-то ты грустная. С мальчиком со своим поругалась, да?

Я собралась с духом, сжала телефон так, что костяшки побелели.

— Мам… я отчисляюсь.

На той стороне повисла гробовая тишина.

— Агата, — наконец произнесла она, и в ее голосе не было ни капли сна. — Что произошло? Тебя кто-то обидел?

— Нет, мам, что ты! Никто не обижал. Просто я… Мне тут не нравится. Этот институт… он не для меня. Я хочу с тобой поговорить, когда ты приедешь. Объяснить все.

— Хорошо, — потерянно произнесла она. — Я сегодня билеты посмотрю. А ты давай-ка забирай свои вещи из общежития, перевези домой.

— Мам, я… я ключи от дома потеряла, — соврала я, чувствуя, как горит лицо. Правду, что они остались в квартире Бестужева, я сказать, конечно, не могла.

— Агата! Ну как же так? Ты хоть в общаге сейчас живешь?

— Да, мам, в общаге. Пока.

— Ну, тогда собирай свои вещи. Я завтра билет возьму, если получится, послезавтра уже буду дома. Встретишь меня, доедем, посидим, чаю попьем, поговорим. Может, все же не стоит бросать? Хотя бы год доучилась, а там перевелась бы в другой институт…

Как объяснить ей, что у меня нет этого года? Что отсчет идет на месяцы, и они расписаны не парами и сессиями, а визитами к врачу и борьбой за выживание?

— Хорошо, мам. Так и сделаю. Ты мне позвони, как билет купишь, скажешь, когда приедешь, я тебя встречу.

— Ну вот и хорошо. Ну вот и прекрасно. Все, доченька, я пойду, попробую еще поспать.

— Хорошо, мам. Спи.

Я отключилась и, откинувшись на спинку стула, закрыла глаза. Решение созрело окончательно. Поеду, заберу свои вещи из общежития. Выставлю на продажу ноутбук.

Пока ехала в такси, я посмотрела цены на витамины для Лизы. Мне немного не хватало. Я потратилась на витамины для себя и накупила еды. Немного осталось но этого уж точно не хватит.

Поэтому нужно побыстрее продать ноут. Этот старый, еле дышащий лэптоп, все равно мне больше не пригодится. Максимум выручу за него несколько тысяч, но и это сейчас — огромные деньги.

Из головы не выходил тот странный мужчина у роддома. Кто он? Что ему было нужно? Это ощущение леденящего страха… и смутное чувство, что я его где-то видела. Но нет, плевать. Главное никогда его больше не видеть.

Переоделась в более теплые вещи, собралась с мыслями и вышла из квартиры. Сегодня мне предстояло не только забрать вещи из общежития. Я поеду и в институт. Подам заявление на отчисление. Перечеркнуть одну жизнь, чтобы попытаться спасти другую. Ту, что тихо пульсировала во мне, такая же беззащитная и нуждающаяся в защите, как и я сама.

От автора: огромное спасибо девочки за ваши тёплые слова в комментариях) Вот вам небольшая иллюстрация Агаты и странного деда)

7. Правда

Жарко. Ебаное пекло.

Мысль, короткая и емкая, пронеслась в голове Сириуса, когда он заезжал на территорию загородного дома Армана. Солнце палило немилосердно, раскаляя асфальт и заставляя воздух над ним плясать маревом.