Это было последней каплей. Мне ничего не оставалось, кроме как признать свое положение. Сев за стол в самом дальнем углу, подальше от Кида, я облокотилась на спинку стула и устало закрыла глаза.

Да катись оно всё к чёрту… Всё. Нет больше сил.

Когда Кид уплывёт с этого чёртова острова, у меня не будет и шанса отсюда выбраться. Единственный путь выжить — подчиниться. Во всяком случае, до того момента, пока не созреет план или не появится шанс к побегу. Но надо учитывать, что в одиночку против Миледи мне не справиться.

Тлен… разрушение… что может противостоять такой силе? Она же просто ходячая Смерть! Я видела это собственными глазами. От бедной служанки даже останков не осталось. Только прах, который тут же развеялся по комнате. Сам этот остров напоминает загробную жизнь. Ни зелени, ни света. Вечная тишина. Вечный мрак.

Дверь в танцевальный зал вновь открылась и в помещение вошла смеющаяся Миледи. На ней было платье, похожее на моё, вот только чёрное. Вообще она словно сделала зеркальное отражение меня самой. Причёска, макияж… что бы это значило?

— А вот и я! — радостно представилась она и тут же подбежала ко мне. — Джекит, милая, смотри! — Миледи покрутилась передо мной в платье. — Нравится? Мы теперь с тобой как сёстры, не так ли?

— У меня уже есть сестра, — заметила я, игнорируя искусственную улыбку девушки.

— Ее у тебя больше нет, — неожиданно тихим и ледяным голосом произнесла девушка сохраняя милую улыбку на лице, от чего ее слова приобретали еще более ужасающий окрас. — Все кто был в прошлом, отныне мертвы, поняла? Я твоя сестра, твой друг, мать, дочь, госпожа… Отныне я всё для тебя, запомни это. У тебя больше нет ни дома, ни семьи, ни жизни. Запомни, иначе у нас возникнут небольшие проблемы.

Я смотрела в глаза девушки и вспоминала, что когда-то Кид говорил подобные слова мне. Вот только если я смотрела в его глаза, то видела дьявола, а тут я смотрю в глаза ангела — и вижу Ад. Это не человек.

— Да, — я натянула милую улыбку. — Мне уже когда-то подобное говорили.

— Вот и отлично! — воскликнула девушка, захлопав в ладоши и поворачиваясь к Киду, что неотрывно наблюдал за нами. — Милый, ты уже поел? Может, потанцуем?

Юстасс Кид пытался что-то сказать Миледи, дав понять, что он не танцует, но стоило девушке схватиться за его руки, как пират замолчал. Я услышала музыку. В конце зала за моей спиной появились пираты Саула в смокингах и с музыкальными инструментами в руках. Они играли то весёлую музыку, то грустную. Всё зависело от заказов хозяйки замка, которая требовала, чтобы бал продолжался «вечно».

Глава 24. План

Музыка грохотала, ускоряя с каждой секундой ритм. Прошло уже полчаса, а Миледи всё так же требовала продолжение веселья и заставляла красноволосого пирата танцевать с ней. От смеха Миледи и игры музыкальных инструментов даже пол под ногами дрожал, но я ничего этого не слышала. Единственный звук, что был мне сейчас доступен, это стук собственного сердца. Он оглушал, стуча подобно барабану.

Я смотрела на длинный стол, усеянный разнообразием ароматных блюд, но понимала, что ко всему прочему мне кусок в горло не лезет. Я слаба, а после использования своей способности на Киде окончательно лишилась сил. Мне нужна еда. Знать я это знаю и понимаю, но не могу. Некий барьер в сознании не позволял даже обычной воды из кувшина глотнуть. Всё может таить в себе опасность.

Что же мне делать? Так, Джекит, соберись. Думай. Думай! Всё это больше похоже на игру. Игру, которую придумала эта полубезумная. Исполняешь свою роль на высший балл? Живёшь. Всё просто. Кем же я должна сейчас быть? За кого играю? Кажется, сейчас я — сестра для Миледи.

Отлично. Если она так этого хочет, я буду самой лучшей для неё сестрой.

Как я и предугадала, после Кида Миледи позвала на танец меня, и я с сияющей улыбкой тут же согласилась. Ни Кид, ни Миледи не ожидали подобной реакции с моей стороны. Однако я сама потянулась к рукам девушки и повела её к танцевальной стороне зала.

Миледи какое-то время хмурила свой курносый носик, с подозрением косясь на меня, но уже через секунду, когда зазвучала новая музыка, забылась в танце. Мы смеялись, вальсировали, кружась по залу и держась за руки. Потом же девушка могла броситься ко мне на шею, на ходу придумывая причину, чтобы её пожалели. И я исполняла ее прихоть. Или вообще садилась ко мне на колени, кладя голову на обнажённые плечи, и требовала, чтобы её кормили с ложечки. Я и тут старалась ей угодить.

Все прекрасно понимали, что это фарс. Ложь, придуманная одним и поддержанная другим. Вот только к чему всё это приведёт? Кид, наблюдая за нами, не на шутку приложился к спиртному. Нет, он и раньше пил довольно много и не пьянел, но сейчас казалось, что он последний день живёт. Хотя, может, оно так и есть?