Точно, Занзас. Всего одно слово? Мне стоит произнести всего одно слово, и весь этот Ад закончится? Точно? Соблазн так велик. Мне даже дышать больно. Ярость Эдды неисчерпаема. Она так ненавидит меня только из-за того, что я есть. В какой-то степени мне даже её жаль, но… Хех, это ведь никогда не кончится. Попрошу о помощи сейчас, и что дальше? Разве Эдда оставит попытки уничтожить Представителя семьи Серра? Сомневаюсь. Это повторится. И будет повторяться снова, снова и снова. До той поры, пока я не буду выжата как лимон. Та же смерть, только с оттягиванием неизбежного… Не хочу. Лучше уж так. Лучше один раз, но навсегда. Я слишком устала…

— Серра! Серра! Серра!

— А? — вновь с трудом открыла глаза и увидела парящего над моей головой Хиберда. — Птаха? Что ты тут делаешь?

— Серра! Серра! Серра! — жёлтая канарейка выкрикивала мою фамилию, привлекая к себе внимание. Зачем Кёя послал её сюда в такое пекло? Это же равносильно смерти. И как она смогла проникнуть сюда, если все пути перекрыты? — Серра! Серра! Серра!

— Хиберд, уходи, — бросила я, стараясь придать голосу приказной тон. — Уходи… тут опасно.

— Серра! — птичка села мне на коленку, с неким непониманием наклонив голову набок. Потом вновь защебетала что-то на птичьем, размахивая крыльями, но не взлетая. — Серра, борись! Серра, борись!

— А? Что-то новенькое… — усмехнулась. — Это тебя Хибари научил?

— Серра, борись! Борись, Серра! Серра!

— Не могу… — это правда. — Я устала… слишком устала…

— Серра! Борись, Серра! — канарейка кричала и кричала, не переставая ни на секунду, тем временем языки пламени уже добрались настолько близко, что стали плавиться носки ботинок. Я надеялась, что птица, в итоге, почувствует опасность и улетит, но нет. Осознав, что я ничего не буду делать, Хиберд вновь встрепенулся и пересел ко мне на плечо, уткнувшись головой в щёку. Он что, собрался остаться со мной до конца? Зачем? Глупая птица…

— Улетай… — канарейка не шелохнулась. Вот, чёрт. Если с птахой что-то случится, Хибари ведь меня с того света вытащит ради расплаты. — Дерьмо… — подняла глаза к потолку, усмехаясь над своими же собственными мыслями. Даже в такой ситуации от ругательств становится несколько легче.

Однако я успела кое-что заметить, что установлено в самом углу потолка. В общей темное оно не заметно, но при свете яркого пламени на потолке стало поблёскивать небольшое стёклышко объектива камеры. Камеры… они ведь расставлены повсюду. От этой мысли меня словно током ударило. Причём таким, который отчётливо и ясно говорит тебе, что выход есть. Мукуро… так вот что ты хотел мне сказать.

— Подъём, Хиберд! — ткнула пальцем пернатое нечто, что уже засыпало у меня на плече. — Мы ещё поборемся.

Облокачиваясь на стенку руками, медленно поднялась на ноги и подошла к тому углу, где имелась видеокамера. Так, ростом я маловата, а подпрыгнуть… нереально. Вижу, что камера работает. Она направлена на меня, то приближая, то уменьшая обзор. Думаю, тем, кто снаружи сейчас прекрасно видно в каком я положении. Хм… ну и пофиг.

Сняла с шеи красный галстук, сделав из него своеобразное лассо. Ну-ка… Эх! Чёрт, не доходит. Ещё раз! Оп! Мимо… Сил не хватает дотянуть. Но на помощь пришли. Хиберд понял, что я хочу сделать, схватил край галстука и, взлетев, нацепил его на видеокамеру.

— Молодец, пернатый, — улыбнулась я, после чего несколько раз подёргала, убеждаясь в том, что галстук держится крепко. Ага. То, что надо! Резко дёргаю ткань вниз и на себя. Как и ожидалось, камера съехала вниз, потянув за собой огромное количество различных проводов. Улыбнулась в камеру и выдернула всё провода.

Так, посмотрим. Если судить по тому, что я вижу, то Червелло вновь подключилась к школьной системе. Отлично. Наверное, они подумали, что раз я участник, то второй раз один и тот же трюк не совершу. Ведь советы раздавать больше некому. Ха! Не тут-то было. Достала из кармана телефон. Надо же, мне удалось его не разбить. Вставила необходимые переходники в мобильный. Так-так-так… Да, это точно школьная система! Хм…

Достаточно ввести несколько стандартных паролей, которыми владеет Дисциплинарный Комитет, и вот уже вся карта лабиринта центрального корпуса у меня на ладони. Так, для начала дам школьной системе приказ, который Червелло решили заблокировать, а именно: режим пожарной сигнализации. В эту же секунду во всех коридорах из потолка полил прохладный дождь, туша пламя. Ох… какой же кайф… столь желанная прохлада.

Так, теперь посмотрим на то, что показывают другие камеры. Хм, Эдда, как и предполагалось, сторожит шахматную комнату, но тот факт, что кругом полил дождь как из ведра, её несколько беспокоит. Огонь даровал хоть небольшой свет в коридорах, а теперь все слепы как кроты. Её бомбы тут не помогут, хотя, если судить по камерам, что могут снимать в темноте, девушка успела развесить свои бомбы в большей части лабиринта. Они сработают сразу же, стоит им заметить хотя бы малейшее движение. И в тоже время Эдда будет знать, где искать своего противника.