Мукуро смеялся, наслаждаясь своим положением. Он несколько раз предлагал перевязать мне раны, но каждый раз я дергалась и старалась отползти от него в сторону, не позволяя к себе прикасаться. Единственное, что он мне перевяжет, это петлю на шее. На моё поведение Мукуро смеялся пуще прежнего.

— Ку-фу-фу-фу! Ну что ты так? Я же как друг предлагаю.

— Друг? — усмехнулась я, чувствуя, как дрожит всё тело. — Да в гробу я видала таких друзей.

— Вот как? А, по-твоему, у тебя имеются друзья лучше? — мягкая улыбка всё также не сходила с его лица. — Я не идеален, но могу предложить то, что тебе действительно нужно.

— Да? И что же мне нужно? — злилась я. — Это? — бросила взгляд на окружающее нас пространство. — Или это? — указала на кандалы, что до сих пор свисали с моей правой руки.

— Ку-фу-фу, — парень облокотился на свои колени, немного наклонившись торсом вперёд, но продолжал сидеть на Кёе. — Позволь мне рассказать тебе удивительную сказку, про одну маленькую девочку Серру Дарью.

«Больной!» — хотела крикнуть я, плюнув в лицо парню, но сдержалась. Просто молчала, позволив Мукуро делать то, что он хочет, а именно смеяться и говорить.

— Жила себе маленькая девочка Дарья, не имея ни забот, ни целей, ни проблем, — голос парня был мягким, певучим, притягательным. Думаю, он и сам это прекрасно понимал, поэтому с удовольствием продолжал рассказ. — Были у этой девочки волосы тёмные, словно горький шоколад, а глаза светлые, словно лучи солнца. Но не знала эта девочка, что на неё с самого рождения объявлена охота, так как родилась она в семье Серра. Девочка являлась Представителем, который рождается раз в поколение.

— Хватит! — пыталась остановить я его, чувствуя, что не желаю знать продолжения этой «сказки». В любом случае конец мне и так известен. Многим нужны либо мои мозги, либо моя смерть — вот и всё.

— Ку-фу-фу-фу, знаешь ли ты, что после произошедшей войны во времена Шестого Босса Вонголы, весь мафиозный мир был в ужасе от возможностей подобных людей и специально отыскивал Представителей Серра, дабы убить их ещё до того, когда дети произнесут хотя бы своё первое слово? — игнорировал мою просьбу Мукуро. — Не задавалась вопросом, почему после Пятого и Шестого Вонголы Советников больше не было? Они были. Во всяком случае, рождались, однако их просто напросто вырезали как скот. Вновь и вновь, стоило только заметить на теле родимое пятно в форме полумесяца. Но вечно это продолжаться не могло. Скажи мне, Дарья, что происходит с растением, если его вечно истреблять? — я молчала. — Ну же, не зря твоя фамилия переводится как Оранжерея. Ку-фу-фу! В вопросе растениеводства ты лучше меня. Это, как ни посмотри, у тебя в крови.

— Чтобы выжить, растение становится сильнее, — холодно бросила я. — Приспосабливается к новым условиям. К засухе, морозам, влажности и так далее.

— Именно! — воскликнул парень, тихонько хлопнув в ладоши. — Чтобы выжить, растение становится сильнее. Обретает новые возможности, новые функции, новую суть. Природа изменяет растение, дабы сохранить его вид. То же самое произошло и с тобой, моя милая Дарья. Природа не могла не заметить такое жестокое истребление тех, кто и так рождается довольно редко. Поэтому она дала то, что позволит ребёнку выжить — ауру. Причём настолько сильную, что это просто невозможно не заметить. Её чувствуют дети, и на инстинктивном уровне ощущают рядом с тобой защиту. Её чувствуют животные, у которых возникает желание защитить тебя, как члена своей стаи. Но в основном она направлена на людей. Но не на простых людей, а на тех, у кого хватит жестокости убить невинного младенца. На тех, у кого сильно развит звериный инстинкт. Инстинкт убийцы.

Наконец-то парень встал с Хибари и, подойдя ко мне, присел на корточки так, чтобы наши лица были на одном уровне, а я могла воспринимать каждое произнесённое им слово. Удивлялась тому, что до сих пор находилась в сознании. По идее, за такое время, кровь давно должна была вытечь из организма, сделав меня ещё более слабой и совершенно не соображающей. Однако раны хоть и безумно болели, но зато перестали обильно кровоточить. Могу предположить, что это из-за последствий недавней инъекции яда, которая заставляла кровь сворачиваться быстрее обычного. Надо же! Было бы счастье, да несчастье помогло.