— Ку-фу-фу-фу, и почему я не должен этого делать? Он бесполезен и мешается, а учитывая, сколько я костей ему переломал, от этого куска мяса и в дальнейшем мало будет толку. Это, в какой-то мере, даже жест сострадания, ку-фу-фу.

Сострадания? Да это ты его и избил, ненормальный! В любом случае, Хибари слышал достаточно, чтобы поведать Реборну. Если всё пойдёт не так, как надо, парень моя единственная ниточка на хороший конец этой истории. Хотя бы выжить, не говорю уже о том, чтобы остаться невредимой. Но в то же время, как выкупить жизнь Кёи? Как? Что предложить?

— Я… я… — думай! Нужно что-то стоящее. — Я… стану тебе другом.

— Оя! — удивился парень. — Так вот какова цена твоей дружбы? Хм, так и быть, — Мукуро убрал трезубец за спину. — Я не убью его, но, — нанёс сильный удар в область лица, вырубив Хибари, — он и так слишком долго был в сознании. Ку-фу-фу-фу!..

В итоге, мне всё же перевязали раны. Ну, или предприняли жалкую попытку данного действия. Бинты были пыльными и все в грязи. Но жаловаться я не смела. Даже если и будет инфекция, чему я не удивлюсь, лучше делать вид, что начинаю играть по их правилам. Мукуро приказал наложить бинты М.М., но она лишь фыркнула, заявив, что за подобное она просит доплату.

Вызвался Кен, вот только ему как раз Мукуро приказал ко мне не приближаться. Со смехом он отметил, что хоть они и знакомы практически всю жизнь, ещё немного и по моей просьбе Кен нападёт на своих же. Это замечание сильно подействовало на блондина, и он больше не подходил ко мне. Старался даже не смотреть в мою сторону, словно я могу навести порчу или что-то в этом роде. Да и Чикуса вернулся, он был избит и ранен так сильно, что парню тут же пришлось оказывать первую помощь. Он даже на ногах стоять не мог. Просто зашёл в здание и потерял сознание. В этот момент я поняла, что всем абсолютно наплевать друг на друга. Упал и почти мёртв? Улыбаемся ребята. Как умер? Ай, ладно, всё равно улыбаемся.

Для Мукуро все его подчинённые как пешки или игрушки. Сломалась? Выкинь. Добудь ещё. И теперь я одна из его игрушек. Вот только, как это обычно бывает, к новой игрушке временное хорошее отношение. Потом и я наскучу. Знаю это. Если только не буду развлекать его и всю команду, как некая музыкальная шкатулка, которая неожиданно начала исполнять совершенно другую неизвестную музыку. Смогу ли? Чёрт его знает.

Меня посадили на пыльный диванчик. Кандалы сняли, но за спиной всё время стоял некий здоровый парень с чёрными волосами и озлобленным взглядом. Именно он мне казался отрешенным от этого общества. Словно присоединился к этой группе против своей воли. Не говорит. Не задаёт вопросов. Просто стоит и смотрит, прожигая дыру в затылке.

Слышала негромкий разговор Мукуро и Кена. Подробностей не уловила, но, кажется, кто-то должен придти. Уверена, что это Реборн. Нужно дождаться его и не вызывать волну злости со стороны Мукуро. Хотя парень и заметил перемены в моём поведении. Не спорю, не разговариваю, не предпринимаю попыток побега. Но как я убегу раненная? Чего смеяться? Однако, парня стало что-то волновать. В какой-то момент он подсел ко мне. Красный глаз вновь вспыхнул пламенем, сменяя цифры на зрачке.

— Ничего? — спросил он, всё также мягко улыбаясь. Постаралась не злить его и также улыбнуться. Натянуть фальшивую маску на лицо, но это, как оказалось, принесло противоположный результат. — Знаешь, я восхищаюсь тобой. Восхищаюсь и одновременно боюсь. А мне не нравится то, что я испытываю. Возможно, это очередная сторона твоей ауры, но то, что ты не видишь мощь моей техники, меня безумно пугает. Так что… надеюсь, ты не будешь обижаться на меня за то, что я с тобой сделаю.

— Ч… что? — голос дрожал. Интуиция буквально заголосила красным цветом. Надо было бежать. Хоть как, но бежать. Я не знала до конца, что он собирался делать, но понимала, что сидеть на диванчике нельзя. — Стой! — почему-то вскрикнула я, пытаясь рефлекторно вскочить на ноги, но естественно лишь глухо упала на пол. — Не… не надо! — стала отползать, игнорируя острую боль во всём теле.

Мукуро не сомневался ни секунды. Улыбка исчезла с лица синеволосого парня. Чтобы помешать мне убегать от него, он резко вскочил и сел мне на ноги, обхватив руками голову.

— Мы теперь друзья, Дарья, — всё тот же мягкий голос. — И как твой друг, лгать не стану — будет больно. Прости, — с усмешкой напоследок бросил он. — Но меня всё же расстраивает, что ты не видишь мои иллюзии. Так что… я совсем немного подправлю то, что запечатали тебе в детстве.

— Мукуро, не на… — договорить не успела, так как ладони, обхватывающие мою голову, резко надавили на виски.