Я смотрю поверх плеча Брук на Карли. — А ты? Хочешь потанцевать?

Карли улыбается так широко, что, кажется, сейчас лопнет. — Да!

Карли слишком худая. Слишком костлявая. Меня к ней не тянет, но меня, блядь, дико бесит, что сегодня вечером Брук уже дважды отшила меня ради Коннора. Я ненавижу это чувство, будто мне приходится бороться за её внимание — и знаете что? В эту игру можно играть вдвоём.

Я снова перевожу взгляд на Брук, чтобы понять её реакцию, но она лишь плотно сжимает губы.

Да ну и хуй с ним.

Я никогда раньше не соперничал за девушку и начинать сейчас не собираюсь. Особенно, блядь, с Коннором. Очевидно, для маленькой мисс совершенство я никогда не буду достаточно хорош, так что пусть этот мистер «хороший парень» её и забирает на хуй.

Я подзываю Карли к себе и обнимаю её за узкие плечи, ведя на танцпол.

Я с ней потанцую, сделаю ей, блядь, лучший вечер в её жизни. Может, потом ещё позволю ей отсосать мне, чтобы и самому что-то с этого получить.

Потому что я именно такой.

Потому что именно таким меня все и ждут.

Потому что все знают, что я никакой не «хороший парень».

ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ

Брук

Я смотрю на спину Тео в чёрной куртке, пока он обходит всех в хабе в понедельник после обеда. Он впервые вернулся за неделю, так что на сбор отчётов у него уходит больше времени, чем обычно. Он внимательно слушает, делает пометки, а мой взгляд буквально прожигает дыру в его кожаной куртке.

Сначала он останавливается у стола Диего, потом у Карли. Потом зигзагом пробирается к задней части комнаты. В последнем ряду сижу только я, так что, когда он заканчивает с Джастином, я уже знаю, что следующая — я. Я утыкаюсь в монитор; делаю вид, что работаю, пока Тео направляется к столу для совещаний у меня за спиной. Внутренне я вся сжимаюсь от скрежета ножек стула по полу, когда Тео подтаскивает его к моему столу.

— Привет, мелкая.

Голос у него низкий, бархатисто-гладкий и соблазнительный.

— Привет.

Мой собственный голос выходит каким-то писком.

Тео опускается на стул, начинает стягивать с себя куртку. Краем глаза я вижу, как он высвобождает из рукавов свои мощные бицепсы, бросает куртку на спинку стула. Потом он откидывается назад и закидывает свои здоровенные ботинки на край моего стола.

— Что нового? — спрашивает он, и, хотя я пристально уставилась в монитор, я знаю, что он улыбается. Я слышу это в его голосе, почти чувствую, как эта улыбка направлена прямо на меня. Я не рискую даже посмотреть.

— Просто работаю, — вздыхаю я.

Я начинаю печатать. Это бессмыслица, потом придётся удалить. Он всё равно не заметит разницы. Я сегодня не могу сосредоточиться и работать, когда он сидит рядом — у меня в голове полный хаос, мозги будто перемешали.

Между нами повисает тишина, нарушаемая только стуком моих клавиш.

Через минуту или около того Тео спрашивает:

— Ты на меня злишься или что?

Я не перестаю печатать случайные символы. — Нет, с чего бы мне злиться? — выдавливаю я сквозь зубы.

Я не то чтобы злюсь. Я раздражена. И даже не могу толком объяснить почему, а от этого раздражаюсь ещё сильнее.

Мне очень понравилась наша поездка в Денвер. Мне правда было весело с Тео, и мне казалось, что я вижу в нём другую сторону. Казалось, я действительно начинаю узнавать его по-настоящему. Но его поведение в баре в субботу ночью оставило у меня неприятный осадок.

В Денвере он был другим. Или, может, другой была я. А может, мы оба были другими, потому что на одну ночь оказались вне своей привычной реальности. Но когда мы в неё вернулись, мне сразу же напомнили о всех наших различиях и о том, почему рядом с ним я всегда держу оборону.

Я видела, как другие женщины смотрели на Тео в субботу ночью. Они его, блядь, почти боготворят только потому, что он альфа. И я ещё видела, как они смотрели на меня, когда мы с Тео общались, будто я какой-то сбой системы, которому тут не место, — или, что хуже, ещё одна его тупая телка. Но не это меня задело. Меня задело то, как он себя держал, как выпендривался.

То, как быстро он переключил внимание с меня на мою подругу.

— Не знаю, — Тео пожимает плечами. — Потому что я танцевал с Карли?

Я разворачиваю стул к нему. Возможно, я ещё не могу до конца признаться себе, почему так раздражена, но он попал в точку. Я, может, и не хотела танцевать с Тео, но и смотреть, как он танцует с Карли, мне тоже не хотелось.

— Мне всё равно, с кем ты танцуешь, — легкомысленно говорю я, откидываясь на спинку стула, закидывая одну ногу на другую и покачивая носком кеда.

— Вообще-то я сначала пригласил тебя, — вздыхает он, и на губах у него играет дразнящая улыбка. Он указывает на меня пальцем. — Это ты хотела танцевать с шваброголовым. — С Коннором, — поправляю я.

— С Коннором, — передразнивает Тео, откидывая назад воображаемые волосы через плечо. На лице у него проступает лёгкое недовольство. — И что вообще в этом парне такого?