И оба мальчика бросились наперегонки к кухне на несколько этажей ниже. Гарри обгонял Драко, улыбаясь во все лицо. Ему было над чем посмеяться; неужели он не предпринял бы меры предосторожности от подслушиваний тайных разговоров? Более того, он только что сделал так, что мантия-невидимка снова появится в это Рождество в числе его подарков. Но это все будет потом. Вечер ожидался знатный, давненько Слизерин так не гулял!

***

Он расхаживал по кабинету, хмурясь и теребя пальцами бороду.

Несколько недель он вынашивал план по знакомству мальчика с зеркалом Еиналеж, которое потом должно было стать его испытанием — годен он или нет на роль Избранного. На крайний случай был, конечно, Невилл Лонгботтом, но ему не хотелось отходить от пророчества. Дамблдор еще не скинул со счетов Гарри Поттера, который действовал совсем не по его идеальному плану.

Квиддич был специально назначен на начало декабря. Заболевших мадам Помфри напоила бы зельем, а ему нужна была возможность оставить мальчика одного, без друзей, которые были с ним практически везде. Пройдя мимо него по коридору, Дамблдору, наконец, удалось наложить нужное заклинание, оставалось только ждать.

Внушать мальчику желание сбегать на пятый этаж в заброшенную часть замка было сложно — он сопротивлялся. Дамблдор даже мог сказать, что у него на мыслях мощный щит, но было ли это последствием удара заклинания Темного Лорда, которое он не успел изучить, или что-то врожденное — ему не было известно.

И вот день настал. Напряжение сказывалось в них обоих — Дамблдор пересиливал мальчика, Гарри сопротивлялся. Тщетно. Когда ребенок вскочил на квиддиче, директор вздохнул с облегчением. Поттер исчез, и этот первый раз должен был произойти без вмешательства посторонних, но Драко Малфой через некоторое время неожиданно подскочил и убежал.

— Что там у слизеринцев происходит? — недоуменно поинтересовался Квиррелл, внимательно наблюдавший за Гарри с самого начала матча, и здесь Дамблдор мог только недоуменно пожать плечами и ответить что-то незначительное.

Вскоре и он засобирался — надо было проследить за мальчишкой. Портал перенес его в начало того коридора, и, наложив на себя Дезиллюминационные Чары, он вошел в дверной проем, дверь в комнату прямо перед ним выбил Малфой-младший.

Но за дверью все вдруг изменилось. Он сам видел, что маленький слизеринец бежал к другу, как на последнюю в жизни схватку — такой решительности сложно было ждать даже от взрослого гриффиндорца. Он решил послушать, что же они будут говорить.

— Гарри? Вот ты где! Я беспокоился. Гермиона просила передать, что ты потерял свой шарф.

Поттер молчал, глядя в зеркало, и Дамблдор приготовился слушать, на всякий случай отойдя в дальний конец комнаты.

— Клянусь Мерлином, я устал, — выдохнул Малфой и, подойдя, положил руку ему на плечо. — Дай зацеплюсь за тебя. Что это за зеркало?

— Волшебное, наверное! — ответил Гарри.

— Красивая рама! — добавил Драко, осмотрев зеркало.

Гарри ткнул в него пальцем.

— Что тут написано? Еrised stra ehru oyt ube cafru oyt on wohsi… Что?

— Не знаю, ерунда какая-то, — ответил ему друг. — Вот бы быть невидимым, чтобы приходить сюда каждую ночь! Поближе познакомиться с этим зеркалом!

— И какова цель? Просто зеркало.

— У меня странное чувство, что оно поможет мне исполнить мое предназначение, — и тише продолжил. — Уничтожить Темного Лорда.

— Верное дело тебя сюда привело, — фыркнул Драко. — Может, пойдем уже? Мы побеждали вроде, но снитч еще могут поймать гриффиндорцы.

— Загляни тоже, — предложил Гарри и поставил друга лицом к зеркалу.

Малфой уставился в зеркало и побледнел.

— Шерстяные носки?..

Он обернулся к Гарри, и тот кивнул ему на зеркало. Слизеринец продолжил разглядывать отражение, видное только ему. Дамблдор глядел во все глаза.

— Ты видишь это? — спросил он, но друг покачал головой. — Такие красивые, из дорогущей овечьей шерсти, в народе называемой золотой пряжей! Теплые! Весь шкаф набит ими! Это будущее?

— Не знаю, — пожал плечами Гарри. — Возможно, у тебя мерзнут ноги, и в глубине души…

— А что видишь ты?

— Книгу, — серьезно ответил Мальчик-Который-Выжил. — Тысяча и один способ оборониться от темных заклятий. Редчайшая ценность. Мама говорила, что я обожаю книги?

— Сотню раз.

Они вышли из комнаты, еще о чем-то перемолвились и побежали по коридору наперегонки.

Дамблдор вернулся в кабинет еще до начала обеда и теперь размышлял над неизбежным. Такой странный мальчик должен будет стать Избранным. А то, что именно ему, а не Невиллу Лонгботтому, суждено стать великим волшебником, уже не вызывало сомнений.

Впрочем, козыри в рукавах у него были. Мальчик видит книгу — пусть книгу. Он хочет познакомиться с зеркалом поближе, значит, до конца января оно будет здесь, а на Рождество он получит мантию своего отца. Придется чем-то жертвовать ради будущей победы и будущей славы.

Он был готов.

Глава 13. Йоль