«Два года, а я хочу сейчас!»

«С ними все будет в порядке», — тихо сказала ему Джинни перед тем, как пойти до конца платформы, чтобы помахать детям на прощание.

Теперь с ними все в порядке.

— А ты любил Асторию? — сам не понимая зачем, спросил Гарри.

Малфой остановился у окна.

— Нет, я любил в своей жизни только одну женщину. Астория была моим другом, хорошая девушка, тихая, добропорядочная жена. А Скорпиус… Мой сын, ни в чем не виновный, погиб из-за этих ублюдков.

Голос Малфоя, жесткий как сталь, зазвучал слегка приглушенно. Мужчинам тоже бывает больно, и Гарри его понимал. Одной рукой он извлек из полки стола бутылку огневиски и уже отработанным движением налил жидкость в два бокала. Отлевитированный бокал Драко поймал и одним махом влил в себя. Поежился. Стакан треснул в его руке, и на пол закапала кровь.

— Я ведь тоже неделю не просыхал, — вяло сообщил он, вернувшись на свое место. — Мать меня растрясла, сказала, что так нам ничего не добиться. И я пошел на работу. А тут и Уизли подва… Поттер, поставь бутылку! Эванеско.

Плеск огневиски, божественным журчанием уже заполнявший бокал, пропал. Гарри печально потряс бутыль, даже заглянул в горлышко и поставил ее под стол.

— Что «Уизли»? — в горле стоял ком.

— Уизли пришел, на нервы давить начал, мол, все из-за вас, Малфой. Несколько раз требовал, чтобы я устроил облаву на Пожирателей, раз уж ты не просыхаешь. Но следов никаких не было, следы аппарирования были стерты. Я послал его отряд на разведку, но они ничего не нашли. Никто не успел отреагировать. Все случилось слишком быстро.

— А поезд?

— Бомба. Магловский способ террора, вроде так. Даже маглов затронул этот… теракт. Хогвартс-экспресс ездит по их рельсам, а взрыв на виадуке, ясное дело, не мог остаться незамеченным. Пришлось поработать Отделу по связям с маглами. Наши ребята повозвращались из отпусков, добровольцами направились на то место, куда упали с виадука остатки Хогвартс-экспресса, — Малфой поморщился, но Гарри читал его эмоции, словно они были у него на ладони. — Ты же понимаешь, я не мог вызвать ребят, которые должны сейчас работать. Многие потеряли столько же, сколько и ты, и я. Последние еще неделю назад вернулись. Все жаждут мщения.

Гарри поднялся, несмотря на больную голову, и направился к почтовому ящику. Писем скопилось великое множество, пора было начинать работу.

— Те, которые с выражением сожаления, я пометил зеленой печатью, — бросил через плечо Драко.

Гарри, испытывая сильную благодарность к слизеринцу, собрал их в кучу и поджег. Странно, но вид полыхающих сочувствий придал ему сил.

— С чего все началось?

Голова по-прежнему заставляла страдать. Малфой хмыкнул, достал из кармана магловскую таблетку, наполнил бокал водой и протянул главе.

— Выпей, полегчает. Похоже на действие антипохмельного, но без побочных эффектов. Блевать не будешь и в сортире неделю не проведешь.

Благодарность Гарри вырвалась вместе с кашлем. Похоже, он успел простыть.

— Я пришлю тебе потом бодроперцовое зелье, — сообщил Малфой, очищая мантию. — Можешь не благодарить.

— Так с чего все началось, Драко?

Очевидно, тот оттягивал момент воспоминаний, и за это глава Аврората винить его не мог.

— С побега бывших Пожирателей, хотя ты, наверное, и сам догадался, — ответил Малфой, отводя глаза.

— А… Твой отец?

— Он остался в Азкабане, хотя у него был шанс, если ты об этом.

Гарри облегченно вздохнул. Голове полегчало, а от осознания того, что Малфоя-старшего не было среди тех убийц, камень с души свалился. Теперь на Драко смотреть было легче.

— Отец сказал правду, мы не хотели возвращения Темного Лорда. И начинать заново войну… Никому это не нужно. Я лишь взял на себя смелость увеличить охрану Азкабана. Чтобы его там не убили.

— Разумно, — кивнул Гарри. — Продолжай.

— Темный Лорд вернулся. Я помню все эти заморочки с крестражами, что вы затеяли. Могли ли вы где-то просчитаться?

Гарри закрыл глаза. Отогнав картину с падающей в пропасть Джинни и взлетающей в воздух Лили, он вспомнил среди Пожирателей на платформе змеиное лицо ублюдка, наблюдавшего в стороне за детоубийством.

— Дамблдор оставил нам мало сведений. Все, что я знал, было уничтожено.

Драко выругался.

— Почему он сразу не раскрыл вам всю информацию?

Гарри пожал плечами. Сейчас он уже видел, что в их планах было слишком много неясностей, непродуманности, а в историях самого тогдашнего директора — много темных пятен. Скорее всего, Дамблдор не знал чего-то и сам, оттуда и пошли все их ошибки. Как бы там ни было, Гарри понимал, что тоже виноват — опирался на слова старого волшебника, как на непререкаемые истины, а сам даже не попытался подумать своей головой. С другой стороны, что можно было взять с того семнадцатилетнего мальчишки, которым он был?

— Так вот. Он вернулся.

— Я замечал некоторые заголовки.