— Гарри, милый… — она споткнулась и чуть не полетела с крыльца, но аврор быстрым движением поймал ее. — Ох, прости, Гарри. Ноги не держат. Проходи, дорогой, давно в гости тебя ждем. Я пока приготовлю, а ты садись сюда, подожди. Артур недавно ушел, зато Джордж скоро вернется, он в ночь работал сегодня, вот и пообщаетесь.

— Не беспокойтесь, миссис Уизли, — покачал головой Гарри. — Я ненадолго, узнать, как ваши дела, помочь ли вам чем-нибудь.

— О, не беспокойся, дорогой, все хорошо, справляюсь пока по хозяйству.

Миссис Уизли, что-то бормоча, отправилась на кухню.

Гарри помнил, как попал сюда еще ребенком. Тогда Рон и братья-близнецы привезли его на фордике. С тех пор кухня мало изменилась, все те же тарелки стояли на сушилке, все та же щётка намывала жирную сковороду в раковине. Гарри прошел в дом и осмотрел столь памятную кухню.

Единственным изменением, кажется, были часы на стене над камином — их стало меньше. Когда-то ему этот мир казался чудом. Сказкой. Что же теперь с ним стало, что он так ему осточертел?

Гарри, пользуясь занятостью миссис Уизли, поднялся по кривоватой, скрипящей лестнице наверх. В доме давно не убирали, поэтому пыль на верхних этажах несколько смягчала звук шагов. Комната Перси, до которой он дошел, давным-давно пустовала. Перси женился на Пенелопе Кристал и ныне жил отдельно от родителей, лишь изредка привозя внука в гости. Комната близнецов… Ее нечасто занимает Джордж, один из оставшихся в живых братьев-близнецов. Жить там, где когда-то он жил вместе с давно погибшим братом Фредом, было невыносимо, наверное, и Гарри его понимал; он сам старался как можно меньше времени проводить на площади Гриммо. Джордж тоже жил отдельно.

Комната Джинни. Здесь Гарри посчитал нужным открыть дверь и войти.

Запустение и тишина. Сложно поверить, что когда-то давно здесь жила маленькая Джинни, мечтавшая, любившая. Здесь они впервые поцеловались. Гарри прошел мимо заправленной кровати с грустной улыбкой и заглянул в ящик. Фотография из Египта, куда они ездили на третьем курсе. Ручки, валентинки от Дина Томаса и еще пары парней с потока. Фотография самого Гарри, разрисованная сердечками, фотография Джинни и Гермионы на Святочном Балу, сделанная рукой Колина Криви, погибшего в битве за Хогвартс. Ее Гарри взял и присел на скрипнувшую кровать. Гермиона мягко улыбалась ему, Джин махала рукой и подмигивала. Она была очень красивой, и дело было не в ее платье. Ее блестящие живые глаза, тихий смех, который все еще мучал его во снах. И Гермиона… Счастливая, беззаботная, такая юная. Непроизвольно Гарри заметил, что начал улыбаться картинкам, а в глазах стояли скупые слезы. Глава Аврората нахмурился и утер их. Джинни послала воздушный поцелуй и на пару секунд ушла за пределы фотографии. И вот тогда Гарри заметил еще одного человека.

Он случайно попал в кадр, но не заметил этого. Гарри наблюдал за молодым Драко, как тот таращится на Гермиону, пока она не видит. Пэнси Паркинсон настойчиво дергала его за рукав и тянула танцевать, а Драко стоял и смотрел только на его подругу. Гарри улыбнулся и этому. Вряд ли Рону понравилось бы, как Малфой пялится на его будущую девушку. И тогда Гарри припомнил все, что говорил Драко о Гермионе в те дни, как вел себя на приемах рядом с ней. Относительно рядом, конечно, ведь Рон не давал ей и близко крутиться возле Драко и, соответственно, его начальника Гарри. Бедная девочка. Что стало с тобой… Гарри сложил фотографию вдвое, положил во внутренний карман мантии и продолжил осматривать содержимое ящика. Он не знал, что искал, да и ищет ли что-нибудь вдовец в вещах покойной любимой жены? Разве что воспоминания, которые помогут пережить этот день. А дальше еще один, и еще…

Гарри вытащил потертую книжицу, которая когда-то служила Джинни дневником для самых потаенных мыслей. Привычка записывать свои мысли появилась у девочки после первого курса, когда был уничтожен дневник Тома Риддла. Замочек был довольно незамысловатый даже для маленькой девочки, Гарри, подумав, вскрыл его и наугад раскрыл страницы.

«Дорогой дневник! Сегодня мне невероятно грустно от осознания какой-то неправильности происходящего. Сегодня Рон нашел Коросту, но по-прежнему ссорится с Гермионой. Конечно, это не мое дело, хотя мне так никогда не скажут ни Гарри, ни Гермиона, но это весьма подозрительно. До школы Рон был добр...»