— Я буду ждать твоего возвращения, — пообещала она, опустив глаза. Солнце заиграло искрами на ее отливающих золотом ресницах. — Ты справишься, Гарри. Ты сильный.

Поймав его взгляд, Джинни коротко улыбнулась и снова уставилась в тарелку, а перед Гарри вдруг приземлилась Букля.

— Привет, — Гарри угостил ее вафлей со стола. — Я тебя не ждал, но рад тебе, — шелковые перья любимой совы дрогнули под его рукой. — От кого письмо?

Он покрутил в руках конверт, на котором не стояло печати. Обычно Люциус, мама или кто еще ставили свою печать, чтобы письмо дошло нетронутым, но этот конверт даже не был плотно закрыт. Гарри достал из него небольшой пергамент и развернул.

«Там же в тот же час»

Дыхание резко перехватило, и он сжал письмо в кулаке. Все тепло, которое ему удалось сохранить, было вытеснено зверским холодом, от которого вместе с волнением по жилам пополз иней. Не говоря больше ни слова, Гарри вылез из-за стола и пошел прочь из зала.

В на лестнице ему встретилась МакГонагалл.

— Поттер, — она встревоженно посмотрела на его лицо, но что она могла понять? — В этот последний день семьи участников приехали, чтобы поддержать чемпионов. Лили с детьми уже здесь, их ведут в комнату у Большого зала.

— Хорошо, — глухо произнес Гарри и изменил маршрут.

— Поттер, — МакГонагалл положила руку ему на плечо и немного помолчала. — Удачи тебе.

— Спасибо, профессор.

В комнате, которую ему указала профессор трансфигурации, его встретили мама и брат с сестрой. Обнимая каждого по очереди, Гарри огляделся. Седрик с родителями стояли прямо за дверью. Крам в дальнем углу быстро разговаривал по-болгарски с матерью и отцом. Оба были черноволосы, а крючковатый нос Крам явно унаследовал от отца. В другом углу щебетала по-французски Флер со своей матерью. Ее младшая сестренка Габриэль стояла рядом, держась за мамину руку. Увидев Гарри, она замахала ему рукой, он тоже махнул ей.

Эвелин, глядя на него голубыми глазами, без привычной детской улыбки касалась маленькими ручками его лица. Гарри перехватил ее, поцеловав каждый пальчик сестры.

— ‘Арри, — сказала она. Почему-то буква «р» Эвелин давалась отменно хорошо, а вот с буквой «г» она картавила, как настоящая француженка.

В дверь вошел Сириус и крепко обнял Лили и Руди.

— Он справится, — сказал Сириус, перехватив у него Эвелин.

Руди стоял в стороне. Сегодня он не говорил, как скучал, не бросался обнимать брата. Отсутствие улыбки на его красивом мальчишеском лице воспринималось Гарри чем-то неестественным, и он присел на корточки перед братом.

— Пообещай, что не будешь забывать улыбаться, — сказал он ему, тоже улыбнувшись через силу.

— Ты будешь сражаться с тем темным волшебником, да? — тихо проговорил Руди. — С тем, который захватил папу в плен? И бабушку?

«И с тем, и со многими другими», — подумал Гарри, но виду не подал.

— Да. Не переживай. Спроси у папы — он хорошо меня тренировал. Я теперь знаю столько заклинаний, что даже Аластора смогу победить.

— Тогда хорошо, — Руди улыбнулся и крепко его обнял. — Мама сказала, мы будем в школе. Я буду ждать твоего возвращения.

Гарри сглотнул ком в горле и, встав на ноги, потрепал его по голове.

— Я вернусь.

— Куда же еще деваться… — Сириус крепко его обнял, и Гарри оказался перед мамой.

— Я знаю, что ты должен идти, — Лили утерла слезу с подбородка. — Но не знаю, как отпустить.

Гарри молчал, не зная, что сказать. С ней он должен был попрощаться, не мог не прийти в этот последний день. Наверное, Лили очень хотела сказать какое-то напутствие, но какие слова может найти мать, чтобы сопроводить сына на смерть?

— Однажды я уже прощалась с тобой, — сдавленно молвила Лили, взяв его лицо в ладони. — С тех пор, как узнала твою тайну, я не хотела верить, но знала — однажды этот момент придет вновь. Прошло тринадцать лет, Гарри, а я до сих пор не придумала напутствия, — она улыбнулась сквозь слезы.

— Я не прощаюсь, — Гарри положил свою ладонь на ее руку. — Наверное, я тоже скажу забавную вещь, но один третьекурсник вчера сообщил мне, что после моего возвращения хочет учиться у меня аврорскому мастерству. Стало быть, вернусь.

Они немного постояли, улыбаясь этим словам.

— Пусть твоя магия тебя защитит, Гарри, — наконец, сказала Лили. — Ты сильный. Ты справишься.

Наверное, они казались странными семьям Флер и Крама. К ним подошли и Амос с супругой. Они тоже сегодня напутствовали сына, ведь Седрик решил участвовать сам.

— Гарри Поттер, — Амос пожал Гарри руку. — Мы очень благодарны тебе и Драко за то, что вы для нас сделали. Вы спасли нам сына.

— Надеюсь, Драко не очень сердится, — произнес Седрик, пожимая ему руку после отца. — Я просто не мог позволить, чтобы он участвовал за меня еще и в этом туре. Тем более условия заранее известны, как и приказ Дамблдора не касаться Кубка.

— Да, — натянуто улыбнулся Гарри. — Останется только разыскать Крама и Флер и лишить их победы.