Всюду, куда она обращала взор, было поле, полное срубленных, пожженных или выкорчеванных пней. Эй, великий лес, мудрец древних времен, куда ты пропал?.. Сухая листва, только что бывшая живой и зеленой, зашуршала от ветра под босыми ногами, и тогда Ровена обнаружила, что стоит в луже крови.

Все вокруг было в крови. Земля, деревья, ее руки… Мертвые, словно кем-то разодранные люди с праздника. Почувствовав, как отливает от лица кровь, девушка развернулась туда, где горел священный огонь и увидела…

То, что она увидела, было похоже на летучую мышь, огромного размера, медвежьего. У него было худое лицо, длинные зубы, красные вертикальные зрачки. Он питался. Лапами с когтями, острыми как нож крыльями рвал на куски свежий труп и с видимым удовольствием впивался зубами в кожу.

Ровена хотела закричать, но из горла не вылетело ни звука. Под ногами что-то завозилось, и она в испуге отпрянула. Это была девочка, та самая, которая с таким восторгом смотрела на нее, когда девушка несла чару с зельем… Очаровательная рыжая девочка с мольбой во взгляде. Вся в крови.

— Ровена! — рядом невесть как оказался Салазар, и она спрятала лицо в ладони. — Ровена, возвращайся!..

— Ровена!

Она дрогнула и обмякла на руках Салазара, в ужасе оглядывая людей, Древо и ее спасителя. В лице того тоже не было ни кровинки.

— Ты видел?..

Гарри молчал, ожидая, что Салазар расскажет дальше, но тот тоже не торопился заканчивать историю. Видно было, что он будто бы снова пережил все это. Основателю было нелегко.

— В ту ночь Ровена увидела возможное будущее, — наконец, смог прийти в себя Салазар. — Она не могла уснуть, сразу ушла с праздника, боясь заглянуть в чье-то лицо и обнаружить, что оно ей знакомо по видению. На утро к нам явился Мерлин и сообщил, что Мордред нашел, что искал. Он готовил жертвенный обряд, чтобы открыть печати на той Двери. Мы сразу отправились в путь, и Хельга, к нашему удивлению, присоединилась к нам. Хотя мы ее неоднократно предупреждали, что с ребенком ей туда идти опасно.

На утро третьего дня мы пришли на то самое место…

Они опоздали. Когда они выглянули из-за скалы, долина вся была застлана черным, трепещущим покрывалом. Хотя нет… Это были демоны — бесчисленное количество демонов, безумно сильных и жаждущих людской крови, готовых рвать на куски мужчин, женщин и детей. Они ревели и рычали, яростно шипели и рокотали, издавая немыслимый шум. Их предводителя они заметили не сразу — Мордред верхом на коне находился на высоком холме, окруженный этим безжалостным черным морем, и с торжеством разглядывал свое могущественное воинство.

— Ричард, — Салазар вздрогнул, когда за их спинами вновь объявился Мерлин.

— Учитель, — Годрик опустил голову. — Мы опоздали, Мордред уже взломал Дверь и освободил демонов.

— Значит, впереди самое сложное, — старый волшебник тяжело вздохнул. — Нужно одолеть Мордреда и его воинство, пусть даже ценой собственных жизней.

— Никакие чары не помогут, когда их так много, — прошептала Хельга.

— Много чар и не нужно, — вдруг сказал Салазар, уже какое-то время искавший лазейку. — Они боятся огня и ненавидят его. Нужно окружить их пламенем…

— Верно, — подхватила умница Ровена. — Крылья кожистые, короткие. Если окружить их огнем, мы поймаем их в ловушку, скорее всего кратковременную…

— Но эффективную, — закончил за нее Салазар. Они переглянулись и кивнули, прекрасно поняв друг друга.

Мерлин тяжело оперся на свой посох и на миг закрыл глаза.

— Хорошо, — наконец, согласился он. — Быть по сему. Годрик, зайди с юга, Салазар с севера. Ровена, будешь на востоке, а ты, Хельга, на западе. Сила двух мужчин и двух женщин по сторонам горизонта усилит барьер. А я займусь Мордредом, давно пора с ним покончить.

— Учитель… — попытался возразить Годрик, но Мерлин, усмехнувшись, остановил его:

— Я справлюсь, сынок, для меня это единственное предназначение осталось. Годрик, — он взял его руку и что-то в нее вложил. Это был перстень странного вида. — Сохрани эту вещь вдали от людских глаз. Перстень этот призван защищать магию от порождений черных недр и пламени. После того, как мы исполним наш долг, закройте Дверь и Печати наложите кровной магией — суть, самой могущественной. А перстень… Если миру когда-нибудь еще будут угрожать демоны, если будет маг, достаточно сильный, чтобы их разбудить, и пуще, того желающий, то он придет в действие и найдет достойного защитника магии.

— Тогда мы видели Мерлина в последний раз, — поведал мрачно Салазар. Другие портреты прислушивались к каждому слову, а Гарри даже забыл, как дышать. — Сложно было сказать, кто из них лучше подкован в магических науках. Силы каждого были велики и многогранны, как два алмаза — белый и черный. Сначала Годрик бросился вперед, затем и все мы. Демоны завопили, когда поняли, что они в огненной ловушке. Такие существа никого не наделяют своим доверием, они в равной степени ненавидят тех, кого убивают, и тех, кто их освободил. Решив, что Мордред таким образом решил их обмануть, они набросились на холм и разорвали на части его лошадь. Сам маг успел взлететь и кружил над морем демонов в растерянности, когда к нему вылетел Мерлин…