— Я хочу загладить вину, — вдруг сказал Северус, бросив взгляд на Лили. — Я знаю, что виноват. Знаю, что Джеймс погиб в том числе из-за меня. Лили, я тоже прошу тебя дать мне право защищать тебя и Гарри в будущем. Темный Лорд не мертв, метка не исчезла. Он вернется, и я считаю, именно тогда, когда Гарри будет учиться в школе. Лучше меня там его никто не защитит. И я прошу тебя… Дай мне исправить все мои ошибки и прости меня.

Сириус хотел что-то вставить, но Лили кивнула, тем самым давая Снейпу шанс. Гарри улыбнулся. Мама была мудра, в этой жизни он не будет лишен ее мудрости. Снейп снова склонился над полом, собирая игрушки и одежду Гарри, но теперь с большей уверенностью.

Где-то снизу раздался треск. Сириус вынул палочку и выглянул за дверной проем. Гарри увидел, каким был его дом, и как его порушил Волан-де-Морт.

— Лестница упала, — предупредил Сириус.

Взрослые заторопились. Лили поставила рядом с Сириусом чемоданы и пару узелков из простыни и взяла Гарри на руки.

— Блэк, — произнес Северус, заметив, что они собираются аппарировать, — я вытащу тело Джеймса и доставлю его на кладбище.

Сириус отвернулся.

— Мне, Нюниус, твоя помощь ни к черту…

— А также, — не обращая внимания на его слова, продолжил Снейп, — я могу показать тебе, где скрывается Петтигрю. Кажется, ты хотел его поймать.

Сириус замер и нахмурился. Лили положила руку ему на предплечье.

— Сириус, прими его помощь…

— Ладно, — бросил Сириус. — Я вернусь, как только помогу Лили. Не рассчитывай, что я пущу тебя в свой дом. Похороним Джеймса и пойдем за крысой. И Римуса позови, он должен участвовать в этом.

Из своего прошлого Гарри знал, что именно на Люпина пали подозрения в предательстве, пока не посадили Сириуса. Сириус из той жизни когда-то каялся в этом.

Снейп кивнул и аппарировал на первый этаж. Сириус крепко обхватил Лили вместе с вещами и тоже исчез.

***

Тем временем за многие мили от Годриковой впадины в особняке Малфой-мэнор громко плакал ребенок. Нарцисса, мать малыша, сидела над ним и причитала. Она не знала, какую боль испытывает ее сын, душа в котором в какие-то мгновения вдруг стала взрослой.

Драко орал так, как никогда раньше. Краем сознания он слышал детский плач и недоумевал, откуда в Министерстве появился ребенок, но только краем. Он помнил, как в Отдел Тайн ввалился Питер, как сообщил, что Министерство пало, как его сознания коснулось черное крыло смерти. Потом он сказал Поттеру, чтобы он кидал уже кольцо в зелье. И Поттер ужасно медленно наклонял ладонь с кольцом. Кажется, в этот момент камин разлетелся на куски, и к ним бежали Пожиратели во главе с Волан-де-Мортом. Он занес палочку для проклятия, но позади взорвался котел. Значит, Поттер все-таки бросил крестраж в зелье. Взрыв стал для него полной неожиданностью, но тут он вспомнил, что для уничтожения крестража они добавили в зелье яд василиска. Наверное, он и дал такую реакцию. Кажется, его ранило осколками и окатило этим самым зельем. Во всяком случае, мир исчез.

И вот его сознание летит сквозь пространство, как ему показалось. Воспоминания проносились перед глазами в строго обратном порядке. Словно магловскую кассету, которую Драко однажды увидел в телевизоре в Косом переулке в магазинчике изобретений маглов, перематывали назад. Философские размышления неожиданно посетили его в тот момент. Вся наша жизнь — это как фильм на кассете, думалось ему…

Он увидел воспоминания, которые не мог помнить по причине своего тогда несознательного возраста. Он совсем малыш. В какой-то непримечательный момент его младенчества воспоминания стали пробегать медленнее, пока, наконец, не остановились, и сознание не потухло.

Очнулся Драко в теплой мягкой постели, которую не видел, но чувствовал. Сладкий сон, который он видел до этого, рассеялся, и он услышал женские всхлипывания. Ради Мерлина, это больница или дом скорби? Выражение «дом скорби» Драко понимал в прямом смысле, никогда не задумываясь о его магловском значении. Он разлепил глаза и увидел над собой потолок своей комнаты. Понятно, его перенесли в Малфой-мэнор и приставили к нему расчувствовавшуюся сиделку. Драко нахмурился, повернул голову и замер. Над ним сидела Нарцисса, помолодевшая и очень красивая.

«Мама?» — хотел выговорить он, но изо рта вылетели нечленораздельные звуки. Мама подняла голову и сквозь слезы улыбнулась.

— Сыночек мой родненький…

Драко почувствовал, как щиплет в глазах.

«Я что, умер?»

Другого объяснения происходящему он пока не видел. Мама, умершая месяц назад, сидела перед ним, совершенно юная, не побитая жизнью, живая. Она говорила с ним, улыбалась, плакала. Драко поднял руку к ней и заметил еще одну странность — рука младенца. Вверх поднялась рука младенца.

Таааак.