— Она под действием заклятия, — проинформировал его зельевар. — Не знает, что творит, и не виновна в этом. Ваша задача, мистер Дотер, мисс Спайдерс, следить за девочкой по мере возможности. Я никому, кроме вас, не могу поручить столь ответственное дело. И если заметите что–то странное, вдруг она странно себя ведет, не ходите за ней никуда и предупреждайте сразу меня или мистера Поттера.

Испытывая смешанные чувства, Миранда и Майкл кивнули. Снейп отпустил их, и, когда старосты закрыли за собой дверь, склонился к ним, заговорил тише.

— Поттер, свою задачу вы знаете. Но, когда будете забирать дневник — ради Мерлина, не давите. Это может быть опасно. Она ребенок, и связь уже может быть сильной. Вы можете травмировать мисс Уизли.

— Я справлюсь, сэр! — уверенно кивнул Гарри, стараясь скрыть дрожь в голосе.

Снейп выпрямился и устало махнул им рукой на дверь.

— Удачи, Поттер!

Больше задерживаться они не стали.

— Я не понимаю, как Джинни могла получить дневник! — тихо воскликнула Гермиона уже в гостиной.

Гарри ничего ей не ответил. У него возникали смутные подозрения, но это могло случиться где угодно и когда угодно. Джинни училась на первом курсе, он не мог приглядывать за ней круглосуточно. Все равно вина за происходящее ложилась на него. Гарри обещал себе, миссис Уизли и всем, что проследит за Джинни. Его невнимательность снова подвергла опасности ее жизнь.

Гермиона сочувствующе на него глядела.

— Возможно, она это сделала сознательно, чтобы у тебя был шанс…

Он не стал ей отвечать — знал, что так и было. Драко дернул его за локоть.

— Пошли, Поттер. Завтра поговорим с ней.

Гермиона попрощалась с ними и ушла проведать Джинни в ее спальне, а мальчишки направились в свою комнату. Магические лампы зажглись в нишах, едва они вошли. Драко, идущий первым, обошел кровать Гарри с задернутым пологом и вдруг резко отшатнулся.

— Твою ж мать!..

Невилл замер, глядя, как он выхватил палочку и несколько театрально прижал руку к сердцу.

— Джинни, что…

Гарри отдернул полог и замер в недоумении. Все белые простыни его постели были испачканы в крови и какой–то серой пыли, а на кровати сидела Джинни, молча глядевшая на них. Было похоже, что она несколько часов летала в каминной сети — настолько ее одежда была зачерненной. Мантия и белая кофточка, которую они видели на ней утром, пропитались кровью. На испачканных щеках сильно контрастировали с ее видом две светлые дорожки, по которым непрерывно бежали слезы.

Драко и Невилл молчали, пораженные ее видом. Гарри сделал несколько шагов к ней, но Джинни сама встала с кровати.

— Гарри… Я не помню ничего, я не знаю, почему я в таком виде!..

Всхлипывая, она обхватила себя руками за плечи.

— Ты получила дневник?

— Я хотела помочь тебе в борьбе с василиском…

— Бред! — недовольно хмыкнул Драко, пряча палочку. — Если бы отдала, мы обошлись без жертв.

Джинни заплакала еще горше, глядя на свои руки в крови.

— Не плачь! — Гарри бросил суровый взгляд на Драко. — Все будет хорошо, если ты отдашь дневник.

— Почему я в таком виде?

Ребята переглянулись и негласно решили не рассказывать ей сейчас о Полумне.

— Джинни, ты отдашь дневник?

Драко снова напрягся и незаметно достал палочку, пока создавал видимость уборки на тумбочке. Невилл обошел Джинни сзади, чтобы утешить, а на деле — чтобы держать, если вдруг она начнет неконтролируемо себя вести. Одержимым людям нельзя было доверять, и его друзья прекрасно понимали это. Гарри был в плену собственных сомнений и страхов, отказывался верить в то, что она может быть опасна, хотя холодный разум откликался из глубины легкой тревогой. Произошедшее с Полумной выходило за рамки обычной одержимости, Джинни могла с минуты на минуту вновь обрести силу, с которой легко подвесила девочку одного с ней веса на факел. За капюшон мантии.

Девочка всхлипнула и кивнула. Рукой потянулась во внутренний карман мантии и достала оттуда черную книжку, такую безобидную на вид. Ее магическая природа чувствовалась сразу же. Невилл чуть отшатнулся, Драко, уже сталкивавшийся с крестражем, выпрямился. Он стоял к ним спиной, но это было очень обманчивое впечатление. Как аврор он был быстр и проворен, и Гарри был уверен, что у него в голове уже роились десятки обездвиживающих и парализующих заклятий. Как и у него.

Джинни медленно протянула ему дневник, и пальцы Гарри крепко вцепились в обложку. Тревожное мгновение прошло. Он крепко держал крестраж в руке, а Драко расслабился и повернулся к ним.

— Давай сюда его, Поттер, — он протянул за ним руку. — Я позову Майкла и отнесу с ним крестраж Снейпу, у него дневник будет храниться в безопасности до ближайших выходных.

— Он не сможет отдать его сегодня же на хранение Люциусу? — спросил Гарри, передавая книжку ему.

— Нет, на этой неделе у нас заблокированы камины, а Грюм днюет и ночует в мэноре. Министр велел провести последний глобальный обыск.

— Хорошо, будь осторожен!

Драко ободряюще улыбнулся Джинни и вышел, а Невилл пошел в душ. Гарри остался один на один с плачущей девочкой.