Мои губы задрожали, а из горла вырвался прерывистый стон. Я закрыла рот рукой, опасаясь, что Абель услышит меня и расценит все совсем неправильно. Меня раздирало изнутри, словно я коснулась этой липкой пустоты, в которую не могла его отпустить. Но ведь это все иллюзия! Это ощущение потери – было иллюзией, но оно глубоко засело внутри. Его давно больше нет в моей жизни! Это я на себя смотрела с осуждением! Я – сама себя мучила! Тело содрогнулось от всхлипа. Осев в душевой кабинке, я никак не могла унять свои рыдания. Вода бежала, скрывая мои звуки, словно бездушная подруга, продолжая обнимать своим теплыми потоками. Поджав колени к груди, я обняла их и опустила голову.

– Хватит… отпусти… – шептала я сквозь прерывистые рыдания, и мой шепот сливался с шумом воды.

Больно. Как же больно! Я никуда не могла убежать от этой боли, впившейся в каждую грань моего сознания. Она холодными лапами сдавила меня в тиски, не давая вдохнуть…

«7 лет назад.

В полудреме я почувствовала, что он встал, укрыл меня одеялом и оставил осторожный поцелуй на щеке. Саднящая боль между ног доставляла дискомфорт, но усталость все же взяла свое и унесла меня в тяжелый сон.

Я проснулась, когда солнце уже было высоко и пробивалось ярким светом в окно. Первое, что бросилось в глаза – поднос на тумбочке, от которого исходил аппетитный запах. Я приподнялась и почувствовала, как по телу пробежала дрожь от слабости из-за недосыпа. Круглый поднос был сервирован для завтрака как минимум на троих. Белая кружка с черным кофе, на блюдце которой аккуратно лежала ложка и два кубика сахара, стакан свежевыжатого сока, какой-то необычный омлет, круассаны, пончики… а сверху записка – «Съешь меня».

На моих губах заиграла улыбка, мне стало приятно от такого заботливого жеста. Свесив ноги, я уже собиралась встать, но усилившаяся боль между ног заставила меня зажмуриться и шикнуть. Надо признать, я иначе представляла себе первый раз. Нет, я, конечно, знала, что будет больно. Но после возбуждающей прелюдии в романтичной обстановке, которая привела меня в сказочное состояние, эта боль перекрыла все, уступив место суровой реальности. Боль от его пребывания во мне, от его настойчивых толчков… «Потерпи, малышка, скоро станет легче…» – произнес он, заполняя меня осторожно, но настойчиво.

Я покраснела, вспоминая прошедшую ночь и, взяв стакан с соком, осушила его. Поднявшись, я направилась в ванную, но замерла на полпути, заметив на дорогих коричневых простынях пятна своей девственности. Меня передернуло от отчетливого воспоминания вчерашней боли. Стыдно было оставлять свои следы, поэтому я уверенным движением стянула простынь. Однако пятна пошли глубже и впитались в матрас.

– Черт! – вырвалось у меня от растерянности.

Стоя посреди комнаты, обнаженная и с простыней в руках, я нервно выдохнула, затем небрежно вернула ее на кровать и продолжила путь в ванную.

Через полчаса я выглянула из комнаты Тима, одевшись в свое немного помятое платье и аккуратные туфли в цвет. Проходя по дому мистера и миссис Джонсон – родителей Тима, я ощущала себя словно в музее. Дорогой интерьер подобран со вкусом и изыском. На втором этаже несколько спален и выход на террасу.

Проходя по широкому коридору, я рассматривала антикварные вазы, картины и различные предметы в этническом стиле, привезенные из разных стран. Мягко говоря, я чувствовала себя не в своей тарелке, осознавая свое место в пирамиде слоев общества. Спустившись по деревянной лестнице, я оглянулась по сторонам просторного первого этажа. Обойдя кухню, огромный зал и вернувшись обратно, я совсем растерялась. Но вдруг прислушалась к еле различимому стуку, доносившемуся с противоположной стороны от места моих исследований.

Я пошла на звук, минуя две смежные комнаты, и наконец увидела прозрачную дверь, за которой находилось застекленное помещение с тренажерами. Этот стук исходил от беговой дорожки, по которой бежал Тим в наушниках. Его серая майка прилипла к жилистому, спортивному телу, а по коже стекали капли пота. Я незаметно зашла и наблюдала за ним некоторое время. Он словно почувствовал взгляд и в какой- то момент обернулся, наградив меня обаятельной улыбкой. Сняв наушники, он остановил дорожку и направился ко мне. Не спеша приближаясь, он стянул по пути полотенце, чтобы вытереть лицо.

– Доброе утро… – произнесла я, смущенно улыбаясь.

– Привет.

Он наклонился и коснулся моих губ, затем его напряженный взгляд скользнул вниз.

– Больно?

Я еле заметно кивнула.

– В следующий раз боли не будет, обещаю! – Уверил он ласково.

Я опустила глаза и смущенно покраснела.

– Кажется, я испачкала простынь…

Он усмехнулся, глядя на меня в недоумении.

– Успокойся, малышка. Уж с этим я сам разберусь.

Я не стала спорить. Мне и так было стыдно это обсуждать.

– Ладно… думаю, мне пора, – произнесла я скомканно. – Нужно готовиться к тесту, к тому же твои родители скоро вернутся.

– К тесту я и сам тебя подготовлю, – сказал он решительно. – А родители вернутся только в пятницу. И кстати… в субботу я собираюсь тебя с ними познакомить.

– Что? – спросила я, сомневаясь, что расслышала правильно.

– Не переживай, это просто семейный ужин. К тому же они утомили своими вопросами о моей девушке.

Я смотрела на него настороженно, ведь я еще не была готова к такому шагу. Да и складывалось все как-то слишком хорошо, что даже пугало.

– Мне кажется, тебе не стоит с этим торопиться, – сказала я серьезно.