Взяв мое лицо, он мягко повернул его, чтобы слиться в ласковом поцелуе. Его ритм постепенно ускорялся, и мои стоны начали врываться в его губы. Он контролировал меня, он знал, как довести до исступления. Утонув в ощущениях, я оторвалась от поцелуя, но он удержал меня за шею, заставляя смотреть на себя, заставляя подчиняться! Наши глаза – золото и серо-голубая гладь, огонь и лед – столкнулись. Я сжала зубы, сдерживая рвущиеся стоны, стыдясь показать свою страсть. Его контролирующий, подчиняющий взгляд заставлял раскрыться ему без остатка, ничего не скрывая. И под этим контролем толчки стали жестче, быстрее, и, не в силах больше сдерживаться, я вскрикнула, закрыв глаза.

Только тогда он отпустил и продолжил заполнять меня, заполнять желанием до самых краев. Мои прерывистые стоны разносились в пространстве… в комнате… в доме. Это эхо придавало ему еще больше сил, неистово заводило его. Мне не хватало еще чуть-чуть… еще толчок, чтобы разлететься… еще мгновение. Абель притянул меня за шею, заставляя выгнуться, и я вскрикнула от горячей волны, пробежавшей по телу, но даже этого мне не хватило! В горле пересохло, язык прилип к небу, а он продолжал двигаться, продолжал свою сладкую пытку.

Внезапно Абель повернул меня на живот и приподнял попу. Я тут же встрепенулась, но он быстро прижал меня сверху, не давая опомниться, и резко вошел. Он дал мне вздохнуть, приподнявшись на руках и нависнув надо мной, продолжая истязать меня совершенно другими ощущениями после смены позы. Я уткнулась в подушку, слушая его резкие вдохи и чувствуя его власть надо мной, над всем моим телом. Комок внизу живота начал беспощадно скручивать меня. Абель снова и снова входил в меня, доставляя удовольствие, срывая стоны с моих губ. И я не знаю, сколько это продолжалось, прежде чем оргазм пронзил мое тело. Одновременно я услышала, как из груди мужа вырвался рык. Он опустился на локти, и его тело содрогнулось…

Я не верила, что такое бывает. Что можно одновременно достичь оргазма! Это невероятное ощущение, объединяющее, энергетическое слияние. Наши сердца отбивали дробь, а учащенное дыхание высушивало легкие. Я лежала, притаившись под ним, не смея шевельнуться. В какой-то момент он вышел из меня и не спеша отстранился. Моя голова была повернута в другую сторону, поэтому я не могла видеть его лица. Мы лежали, молча дыша в унисон. Я осторожно легла на бок и положила руку между ног, чувствуя сперму Абеля на нежной коже. Меня клонило в сон, но титаническими усилиями я заставила себя встать, чтобы все-таки добраться до ванны.

Тело трясло от обезвоживания после сладких истязаний Абеля, после мощных оргазмов, которые до дна истощили мои ресурсы. По бедру потекла горячая, вязкая жидкость, и я твердо решила, что без таблеток не обойтись! Видимо, раньше я принимала противозачаточные, поэтому он не беспокоился об этом. Украдкой взглянув на мужа, я осмотрела обнаженное и совершенное мужское тело. Абель лежал на спине, положив руку под голову, и его глаза были закрыты.

* * *

Горячие струи равномерным потоком смывали с меня остатки страсти. Легкая боль от растяжения между ног напоминала о его пребывании во мне. Я согревалась и расслаблялась, прокручивая в голове все, что произошло. Лицо Абеля в момент нашего соития, сильные руки, удерживающие меня, жаркие поцелуи, властный взгляд… Эти образы заставляли тело снова пропускать волны возбуждения.

Только что же теперь? Мой обострившийся инстинкт диктовал быть с ним осторожной. Ведь я не понимала, какие намерения двигали им. Это было наказание? Или он решил перейти на новый уровень для чего-то, чего я еще не могу понять? В любом случае после этой близости моя жизнь словно разделилась на «до» и «после». Ей суждено было стать последней точкой между моими сомнениями о прошлом и будущем. Теперь мне окончательно придется вырвать из сердца все свои остатки чувств и воспоминаний о Тиме…

Нет, они не исчезли по моей наивной воле. Эта тоска блуждала во мне все это время, хотя я надеялась, что она исчезнет согласно поговорке «с глаз долой – из сердца вон». Однако теперь пришло время возродиться былым эмоциям, и они не собирались считаться со мной, с новой силой тяжелым грузом падая на мое сердце. И этот переход стал невыносимо болезненным… Волна горечи, словно спрут, пустила яд по моим венам. Больше нет пути назад! Все безвозвратно! И в моей голове Тим словно призрак предстал передо мной, глядя с болью и осуждением. Он стоял вполоборота, готовый уйти в пустоту. И мне стало так страшно! Страшно и больно, что я потеряю его навсегда!