— Ты омерзителен… — прошипела ему в ответ, на что Дирк удивленно распахнул глаза.

Он резко поднялся, схватил меня за подбородок, с силой сжал. Я охнула от боли, но не сумела оторвать его руку от своего лица.

— Поверь, тебя я вижу такой же.

Он отшвырнул меня прочь, хорошо на постель, а не на пол.

— Даже руки об тебя марать устал. Все равно бестолку, — фыркнул напоследок и снова направился к выходу из комнаты. — Присмотри за моими детьми. Уж хоть в этом побудь полезной, раз ты все еще здесь.

Устал марать руки? Так вот откуда это чувство страха? Он бил жену?

Дверь за ним хлопнула с такой силой, что с потолка что-то посыпалось. Чеканистые шаги по коридору возвестили его уход. А я села на постели, пытаясь осмыслить и переварить… все.

Что здесь творится?

Шаги стихли. Я выдохнула.

Мысли беспорядочно метались в голове. Как я здесь оказалась? Кто такая Эрнестина, в чьей шкуре я очутилась? И что за дети, о которых говорил Дирк? Его дети? Наши общие? А может, от другого брака?

Что-то внутри подсказало, что последняя догадка верна. И даже не от одного брака.

Я потерла подбородок — сильные пальцы Дирка оставили ноющий след. Неприятно осознавать, что тело, в котором я оказалась, явно привыкло к таким жестам.

Итак, что мы имеем?

Я точно помнила, как пришла в офис. Новая компания наняла меня на проект, как кризис-менеджера. Помню, что обещали хорошую плату, и я работала, как не в себя.

А потом? Потом мне стало плохо. Кажется, вызывали врача?

Я села.

Какова вероятность, что мы с Эрнестиной поменялись телами?

Поглядела на собственные руки.

Очевидно, высокая.

Усмехнувшись всей этой нелепице, я поднялась. Сделала пару нетвердых шагов по комнате. Тело слушалось плохо. Слабое, тощее, непривычное. Придется откармливать.

На шатких ногах добрела до шкафа, где, как подсказывал внутренний голос, должна быть одежда.

Мой... ее гардероб оказался довольно богат, что даже странно на фоне неаккуратности и почти разрухи в комнате. Но ничего похожего на мои костюмы или джинсы. Вообще ничего похожего на одежду моей эпохи.

Я выбрала простое синее платье с высоким воротником. Чем-то оно напоминало униформу учительницы из исторического фильма. Одевалась неловко – непривычно было обходиться без нижнего белья, к которому я привыкла. Белье Эрнестины оказалось совсем другим: панталоны, какая-то сбруя из полос ткани вместо нормального бюстгальтера.

Переодеваясь, я заметила на руках и на бедрах желтоватые следы сходящих синяков.

Вот ведь…

Повернулась к зеркалу, разглядывая отражение. Эрнестина Хаффер, как я полагаю? И лучше не задумываться, откуда я знаю все эти имена.

Совсем молоденькая, но уже такая уставшая. На вид лет двадцать-двадцать пять. Темные тусклые волосы. Бледная кожа, губы все потрескавшиеся. Кра-со-та.

В своем мире я была на десять лет старше, но выглядела куда более живой. И ухоженной.

Я не знала, что дальше. Но сидеть в комнате точно было бессмысленно, поэтому направилась к двери. Надеялась, что смогу ориентироваться в чужом доме.

Нужно оценить ситуацию в целом. А еще не скатиться в истерику от абсурдности ситуации. Попала в чужое тело? В чужое время? Мир-то хоть тот же?

Коридор встретил меня полумраком и холодом. Старые половицы поскрипывали под ногами. Справа от меня, если верить интуиции, находилась лестница вниз, прямо – еще комнаты.

Оттуда, из темноты коридора, я услышала осторожные шаги. Замерла, прислушиваясь. Ручка одной из дверей повернулась, дверь приоткрылась на пару сантиметров, отбросив полоску света. В щели мелькнуло чье-то лицо.

Дети. Это должны быть те самые дети!

— Привет, — сказала я как можно более мягко.

Дверь тут же захлопнулась. Через мгновение послышался приглушенный детский шепот.

Отлично. Меня боятся. Жена Дирка явно не была образцовой мачехой. Сам папаша, интересно, бил только жену? Или детям тоже доставалось?

Да, легко здесь точно не будет. Но ведь и не из таких приятностей выбирались?

Для начала я все же подошла к двери детской. Шепотки стихли, кажется, ребята притаились.

— Ваш отец уехал и оставил вас на мое попечение, — сообщила я "радостную" новость.

Дверь вдруг распахнулась, а передо мной возникла девчушка лет двенадцати. Невероятно очаровательное создание с бантом в волосах смотрело на меня с не меньшим презрением, чем до этого папочка.

— Ты нам не нужна! — решительно заявила… Агата? Да, кажется так ее зовут.

За ее спиной маячили двое мальчишек, те смотрели на меня не намного лучше. А из-за их спины уже выглядывал малыш лет четырех.

Ага. Четверо.

Какая красота. Я мачеха четверых детей, которую, очевидно, те не слишком жалуют.

Вернее вообще не жалуют.

— Ваш отец посчитал иначе. Думаю, что… — договорить, что именно я думаю, я не успела, потому как дверь захлопнулась прямо у меня перед носом.

Осоловело моргнув, я мысленно выругалась.