Уже дважды они появлялись будто из ниоткуда. Ровно там, где мы меньше всего ждали. Теперь еще их новый яд, которым они обрабатывали клинки, косил моих воинов. Необходимо было срочно найти противоядие.

Я отправил образцы в столицу. Ответа пока не было.

Сжал кулак от досады. Ударил по столу. Прикрыл глаза и потёр переносицу.

Свернул карты, убрал их в ящик на магический засов. Вышел из шатра и направился в сторону целительского шатра.

Он был огромным. С каждым новым сражением всё больше моих бойцов занимали здесь места.

Я надеялся, что гонцы из столицы привезут противоядие.

Иначе… иначе мы обречены здесь все.

Я дошёл до шатра, поднял полог и вошёл.

Узкий коридор уходил вглубь. По сторонам, за занавесями, лежали мои воины. Кто-то стонал, кто-то спал. Рядом с кем-то сидела целительница или лекарь. Меняли бинты, обрабатывали раны, делали перевязки. Всё это угадывалось по силуэтам, проступающим сквозь тонкую белую ткань палатки и желтого освещения внутри такой «комнаты».

Пахло травами, настойками, спиртом… и обречённостью. Я прошёл в самую глубь. Поднял полог и вошёл в ограждённое помещение, где помещались только койка, тумбочка и стул. Присел.

Опустил локти на колени, сжал руки в замок и наклонился вперёд.

Я смотрел на боевого товарища, который месяц назад прикрыл меня от удара отравленного меча.

Моя правая рука.

Мой друг.

Отличный боец.

И сейчас Нортан гнил заживо.

Сколько раз, приходя из полузабытья, он просил убить его. Забрать жизнь, лишь бы не чувствовать боли.

Но… моя рука не была крепка.

Я хотел верить, что мы найдём решение. Найдём лечение. Поставим Нортана на ноги.

Ведь это я должен был лежать здесь.

Я!

А не он!

Я не мог простить себя.

— Убей меня… Рей, — я не заметил, как Нортан пришёл в себя. — Не могу больше…

Некогда умелый, могучий воин превратился в измождённый скелет. Остались кожа да кости. Грудь — сплошная рана. Бинты пропитаны кровью.

От него пахло гнилью и смертью.

Остались только ясные жёлтые глаза. Я чувствовал: его зверь почти мёртв.

И ведь у него — две дочери. Он не увидит, как они вырастут. Не выберет им мужей. Не защитит больше. Так много «не».

— Нет, — хрипло сказал я.

— Убей… Не могу больше… — губы у него потрескались, дыхание было рваным и надсадным.

— Я приказываю тебе жить.

— Не можешь. Я уже не подчиняюсь тебе. За мной пришла Смерть. Отпусти. Я чувствую её.

Я встал.

В груди разрасталась пустота.

В этот момент полог откинулся. Вошла Беатрис — в сером платье, белом переднике и шапочке.

— Помоги ему, — попросил я.

Она бросилась к Нортану, присела рядом. Я наблюдал, как друг снова погружается в забытьё, а Беатрис облегчает его боль…

— Он не протянет долго, — она убрала руки от его головы и повернулась ко мне. — Мне жаль.

— Делай всё, что можешь.

— Конечно. Я буду рядом с ним.

— Благодарю.

Беа встала и подошла ко мне. Провела ладонью по моей щеке. Я не мог заставить себя посмотреть ей в глаза. Смотрел на то, что осталось от моего боевого товарища. Запоминал.

— Посмотри на меня, Рей, — тихо сказала Беатрис.

Я перевёл на неё взгляд.

— Не вини себя. Если бы он не спас тебя, ты бы гнил здесь. И кто бы тогда защищал Империю?

— Император нашёл бы другого генерала.

— Такого, как ты, не будет.

— Незаменимых нет. И меня бы заменили.

— Мне не нравятся твои слова, — она нахмурилась.

Я не желал продолжать разговор.

— Мне нужно идти.

Я вышел, освободившись от её рук.

Широким шагом прошёл через целительский шатер, откинул полог и вышел наружу. Вдохнул свежий воздух. Пахло огнём и едой.

Сумерки становились все более густыми. По всюду зажигались огни.

Я заметил, как ко мне со всех ног несётся воин. Он отдал честь.

— Замечены обозы.

— Хорошо. Готовьтесь.

Я вышел вперёд. Воины уже выстраивались, командиры отдавали короткие приказы. Всё происходило быстро, слаженно — так, как должно быть.

— Проверить пломбы с закрытых ящиков. Списки ко мне, — отдал я приказ.

Телеги останавливались одна за другой. Возницы спрыгивали, отдавали честь.

Я начал обход с самого первого обоза. Рядом шёл мой адъютант, держа магический огонь. Постепенно такие же огни зажигались вдоль всего каравана. Стало чуть светлее.

Некоторые, самые важные вещи, я проверял лично.

Складские печати — целы.

Магические замки — не тронуты.

Так и должно быть. Хорошо.

Мне подали папку. Я пролистал документы, сверяясь с маркировкой на ящиках. Продовольствие. Оружие. Зелья. Целительские наборы.

Всё по списку.

Я дошел почти до конца, когда ощутил… это.

Я поднял голову. Среди обозных была фигура в куртке. Лица не видно. Капюшон надвинут низко. Слишком изящное тело.

Это не мужчина. Женщина.