Рубашка раскрывается, открывая его обнажённый торс и татуированные руки, прежде чем он снимает её и бросает на пол. Расстегнув ремень, Эмметт расстёгивает джинсы и спускает их по широким бёдрам — они падают на пол к остальной одежде.

Следом идут боксеры, и вот он уже стоит в нашей ванной совершенно голый.

Потягивая вино, я позволяю взгляду скользить по нему так же, как он смотрит на меня.

Он такой горячий. Но ещё и такой добрый. Такой защищающий. Такой… мой.

— Дай мне залезть к тебе.

Я приподнимаю бровь.

— Ты можешь залезть куда-нибудь ещё, выглядя так.

Его член дёргается от моего намёка, и на одном уголке его губ появляется ухмылка.

— Скоро залезу. Мы оба это знаем.

Когда я немного двигаюсь вперёд в ванне, Эмметт устраивает своё большое тело позади меня. Немного воды выплёскивается через край — мы оба далеко не маленькие — но мне всё равно.

Раздвинув ноги по обе стороны от меня и согнув их в коленях, чтобы поместиться, Эмметт притягивает меня к себе.

— Мне нравится возвращаться домой к тебе, — говорит он, целуя моё влажное плечо.

— А мне нравится слышать, как ты называешь это место домом.

Он улыбается у моей кожи, прежде чем оставить ещё один поцелуй на моей шее.

Эмметт берёт мой бокал, делает глоток и возвращает его мне в руку.

— Итак, — начинает он, его руки скользят по моим бёдрам под водой. — Ты официально закончила свой первый сезон. Что чувствуешь?

Я откидываю голову назад на него.

— Хорошо. Грустно, что всё закончилось, но я горжусь тем, как прошёл этот первый год.

— И должна гордиться.

— Ты тоже.

Его руки поднимаются по моему животу.

— Горжусь. Это был хороший год. Чёрт, отличный год.

— В следующем сезоне я хочу дойти до самого конца. Теперь, когда у нас есть нужный штаб и игроки… не знаю. Такое чувство, будто мы все вместе в этом. У нас такая хорошая команда, и я хочу выиграть с ними чемпионат.

— Тогда давай сделаем это.

Я тихо усмехаюсь. Гораздо легче сказать, чем сделать, но я приму его уверенность в том, что мы сможем.

Его татуированные руки блуждают по моему телу, скользя по груди и сжимая её в ладонях.

— Ты собираешься нанять секретаря в следующем сезоне?

Тихий стон вырывается из меня, когда его большой палец начинает кружить вокруг моего соска.

— Не знаю. Наверное, стоит.

Его губы касаются моего уха.

— Только не держи меня подальше.

Я качаю головой.

— Никогда.

Руки Эмметта скользят по моим бёдрам, но я сжимаю их вместе, нуждаясь в трении.

— И отсюда меня тоже не выгоняй. Раздвинь ножки, малышка.

Он не всегда может заставить меня делать то, что хочет. Мы часто бросаем друг другу вызов, прежде чем уступить. Но когда мы вместе и голые, иногда даже меня удивляет, насколько послушной я становлюсь. Как легко мне отпустить контроль.

И именно это я и делаю — шире раздвигаю ноги, прижимая их к его. Одной рукой он обнимает меня за талию, другой проводит дразнящие круги чуть выше того места, где мне нужнее всего.

— Эм… — жалобно тяну я.

— Знаю.

Наконец он избавляет меня от мучений, когда его рука скользит между моих ног, а средний палец проводит по моему клитору.

Я откидываю голову ему на плечо со стоном.

— Да.

— Держись за своё вино, Риз.

Я крепче сжимаю ножку бокала и не могу сдержать улыбку, глядя в потолок с закрытыми глазами, пока его пальцы медленно играют со мной именно так, как мне нужно.

— Я могла бы привыкнуть к этому.

Его губы находят моё ухо, а другая рука играет с моим соском, пока я извиваюсь у него на груди.

— Я тоже. Возвращаться домой к тебе. Наливать тебе вино. Играть с тобой, пока ты не кончишь. Мы можем делать это каждую ночь, Риз.

Свободной рукой я хватаюсь за его бедро, пока он продолжает дразнить меня. Его член упирается в мою задницу. Он твёрдый, но я не удивлена. Когда он доводит меня до оргазма, это обычно заводит и его. И греховно горячо то, что именно моё удовольствие действует на него так.

— Чёрт, Риз. Ты сейчас такая мокрая. Я мог бы прямо сейчас войти.

И он делает это, пальцем, ладонью продолжая давить на мой клитор.

Он добавляет второй палец, и я уже почти перебираюсь к нему на колени — настолько близко к оргазму.

Рукой, которая не внутри меня, Эмметт забирает у меня бокал вина и ставит его на пол рядом с ванной. Я и не следила за ним, но с тем, как бесконтрольно я двигаюсь о него, думаю, я уже успела пролить немало.

— Смотри, как я тебя трогаю, малышка. Посмотри вниз.

Я так и делаю. Сквозь воду наблюдаю, как его пальцы движутся во мне. Это завораживает — видеть, как его татуированная рука напрягается, приближая меня к пику. За те месяцы, что мы вместе, он выучил моё тело, а я — его. Это не занимает много времени, когда он точно знает, что и когда делать.

Его рука, обвивающая мою талию, держит меня крепко, пока я извиваюсь, чувствуя, как нарастает оргазм.