– Я не могу. Нет способа покинуть поместье без телохранителя, следующего за мной. – Забавно, как мы думали только о том, как войти, а не о том, как выйти. Горе мутит разум. Хотя, в мое оправдание, я не осознавала, что за мной будет ходить телохранитель, куда бы я ни пошла. Возможно, наивно, но этот мир так далек от моей жизни, насколько это возможно. Неудивительно, что это не пришло мне в голову. Никому из нас.

– Дерьмо. – Я почти слышу, как шестеренки крутятся в его голове. – Дай мне время придумать план, как вытащить тебя. А пока сиди тихо, все отрицай, а я обойду несколько мест, где мог бы быть Дэниел, и посмотрю, смогу ли найти Кристиана. Пришли мне и эту фотографию. Я смогу сделать обратный поиск по изображению и вычислить местоположение.

– Хорошо. Только поторопись, пожалуйста. Я искренне верю, что Кристиан не убивал наших родителей. Я думаю, в этой истории гораздо больше, чем мы могли себе представить, и ключ к ней – у Кристиана.

Ключ к правде и ключ к моему сердцу. Я знаю, что потеряла его, и я заслужила это, но все, чего я хочу, – чтобы он вышел из этого живым.

Когда я вешаю трубку, мои ноги подкашиваются, и я опускаюсь на пол, обхватив колени руками.

Пожалуйста, живи. Пожалуйста, будь в порядке.

Пожалуйста, не ненавидь меня.

Глава тридцать первая

Кристиан

Острая боль пронзает мой череп, и я стону. Приоткрыв глаз, я позволяю жестким флуоресцентным лампам над головой пронзить мою сетчатку. Я моргаю, мои веки трепещут. Медленно ко мне возвращаются воспоминания. Блокпост на дороге. Остановка машины. Полицейский. Дым. Слишком поздно. Слишком чертовски поздно.

Что, черт возьми, случилось? Где Маршалл и Доусон?

Я снова стону, когда меняю положение на неудобном деревянном стуле. Мои плечи болят от того, что они вывернуты назад, и малейшее движение заставляет веревку на запястьях натирать кожу.

– Просыпайся, просыпайся. – Рука ударяет меня по щеке, и моя голова дергается вправо. Я прикусываю язык, и рот наполняется кровью. – Давай, любовничек. Пришло время встретить последствия своих действий. На этот раз твоя привилегия тебя не спасет.

Я сплевываю кровь на пол, мое зрение проясняется. Передо мной стоит незнакомец с темными волосами, темными глазами и едва заметным шрамом над одной бровью. Я бы предположил, что ему за пятьдесят. Скоро покойник.

– Кто, черт возьми, ты такой?

Он улыбается, обнажая щель между передними зубами.

– А, он заговорил. Мы доберемся до этого, когда я буду готов. – Развернувшись, он идет к другой стороне маленькой комнаты, где меня держат. Надо мной открытые деревянные балки пересекают потолок. Пол – сплошной бетон, и есть единственная дверь, приоткрытая. Мой похититель возвращается со стулом и ставит его передо мной. Он садится, скрещивает ноги и складывает руки.

– Ты понятия не имеешь, кто я, не так ли?

Я едва удерживаюсь от закатывания глаз.

– Ты нарушил кодекс. Хотя я, в общем-то, выдал это, когда сказал: «Кто, черт возьми, ты такой?»

Моя саркастичность вознаграждается ударом по лицу. Кровь брызжет из моего носа. Я ругаюсь. Все эти драки с братьями за эти годы, и этот придурок сломал мне, блядь, нос.

– Ты самоуверен для того, кто находится в невыгодном положении. Самоуверен... или глуп. Что из этого?

– Ни то, ни другое. – Я делаю вид, что зеваю. – Может, перейдем к делу? Мне уже скучно в твоей компании.

На этот раз он бьет меня тыльной стороной ладони. Я медленно возвращаю голову в центр и пытаюсь игнорировать боль в щеке. Чем в худшем состоянии меня найдут, тем медленнее будет его смерть. Я понятия не имею, как долго я был без сознания, но помощь не за горами. Жалко, правда, как наивен этот придурок.

Кто бы он ни был.

– Меня зовут Дэниел Тейлор.

Должно быть, он прочитал мои мысли. Я пожимаю плечом:

– И это должно мне что-то говорить, потому что?

Он вскакивает, кладет обе руки на спинку моего стула и нависает надо мной тем, что, по его мнению, является угрожающим жестом.

Я смотрю на него не мигая.

– Ты знал моего брата Дрю. И его жену Гранию. Или, я должен сказать, ты убил их.

Шок расширяет мои глаза. Дрю никогда не упоминал, что у него есть брат, хотя с чего бы? Мы были коллегами по бизнесу, а не друзьями. Я напрягаю мозги, пытаясь вспомнить, видел ли я этого парня на похоронах. Ничего не приходит на ум.

– Я не убивал их.

Он выпрямляется и прижимает ладонь к груди.

– Я просто в шоке. Я не ожидал ничего, кроме отрицания, от такого лживого куска дерьма, как ты. Деньги решают все, да? Вот как ты похоронил отчет.

Что ж, деньги... и шантаж. Не то чтобы я собирался рассказывать этому придурку хоть что-то. Я криво улыбаюсь одним уголком рта и пожимаю плечами. Как и ожидалось, я получаю еще один удар за свои действия. Теперь я вижу только одним глазом, но ничего не чувствую. Должно быть, блокирую боль.

– Вы, люди, думаете, что вы неприкасаемые, но это не так.