Он наблюдал разочарование на лицах своих людей, когда их цель сложила ножки трипода, пристегнула оптику обратно к рюкзаку и направилась к своему автомобилю. Уже второй день подряд они держали его на мушке, а он и не подозревал об их присутствии, но они были вынуждены позволить ему ускользнуть. Как долго их везение может продолжаться?

Когда 2,5-литровый турбодизель Rover заурчал, Дмитрий приказал своим людям отходить, утягивая их в укрытие и относительную безопасность густого вечнозелёного леса. Если сигнал поступит до завтрашнего утра, они двинутся так быстро, как только смогут, по суше и ударят по нему прямо в его логове. Это лишило бы их многих тактических преимуществ, но было бы единственным вариантом.

Приказ убивать должен был поступить достаточно скоро.

ГЛАВА 33

Ранчо Кумба, долина Флэтхед, Монтана

ЛИШЬ В ВОСКРЕСЕНЬЕ Рис был наконец готов разделить Кэти Буранек с семьёй Гастингсов. Мать Рейфа, Кэролайн, устроила ланч, чтобы поприветствовать подругу Риса на ранчо, и присутствие было обязательным. Рис и Кэти тем утром отправились в долгий поход, и Кэти, которую воспитывали никогда не приходить в чужой дом с пустыми руками, воспользовалась возможностью собрать полевые цветы, составив из них впечатляющую композицию из ледниковых лилий, ломоносов и фиолетовых астр по возвращении в домик.

— Что-то ты там притихла, — сказал Рис, пока они проделывали короткую дорогу до главного дома.

— После всего, что ты мне рассказал об этой семье, от Родезийских войн в буше до скаутов Селуса и всего, чего они достигли в этой стране, я скорее взволнована, чем что-то ещё. И тесть Рейфа — сам сенатор Тим Торнтон! Я чувствую, мы едем знакомиться с королевскими особами.

— Они будут ещё больше заинтригованы тобой и историей твоей семьи. Не о чем волноваться. К тому же, Джонатан, вероятно, уже пьян.

— Ха! Ладно, мои люди.

Когда они завернули к усадьбе, показалось озеро и причал, у которого мягко покачивался Grumman Albatross.

— Чей это самолёт? — в изумлении спросила Кэти.

— Это Торна. Он прилетает на нём с одного из своих окрестных владений в Монтане или Айдахо. Он здесь на завтрашнее открытие сезона. Не пропускал ни одного с тех пор… — Рис помедлил. — С тех пор, как умерла его жена.

Они подъехали к дому, и Кэти было приятно удивлена, когда Рис взял её под руку, пока они шли к просторному переднему крыльцу, и этот простой жест помог ей успокоиться.

Джонатан и Кэролайн приветствовали пару с искренней радостью, оба обняв её прежде, чем она успела переступить порог. Верный своей репутации, Джонатан держал зелёную бутылку намибийского Windhoek Lager в лапе и вручил другую Рису, как только тот вошёл в фойе.

Человек, напомнивший ей немного постаревшего Индиану Джонса, поднялся с кожаного кресла у камина и протянул руку: — Мисс Буранек, Тим Торнтон. Очень рад познакомиться.

— Это честь для меня, сенатор.

— Пожалуйста, зовите меня Торн. Мне это гораздо больше нравится. «Сенатор» вызывает слишком много воспоминаний о моём времени в том болоте, — сказал он, имея в виду неофициальное прозвище Вашингтона. — И спасибо вам за вашу серию статей и книгу о трагедии в Бенгази, — продолжил он, качая головой. — Те парни заслуживали лучшего. Политики в форме и без бросили их умирать. Но хватит о неприятном. Давайте нальём вам выпить.

— Что вам предложить, Кэти? — спросила Кэролайн Гастингс.

— Что пьёте вы, миссис Гастингс?

— Пожалуйста, зовите меня Кэролайн. Я пью шампанское.

— Звучит чудесно.

Джонатан появился с хрустальным бокалом лучшего французского и протянул его гостье.

— У нас для вас обоих есть ещё один сюрприз, — сказал он. — Лиз, ты не могла бы быть так добра присоединиться к нам?

Брови Риса изогнулись в изумлении, когда все пять футов четыре дюйма Элизабет Райли появились из задней гостевой комнаты. Эти двое впервые встретились в Ираке в разгар мятежа. Военный вертолёт OH-58 «Кайова» Райли был сбит в Наджафе, её плен и пытки казались неизбежными. В нескольких кварталах оттуда снайперская группа Риса занимала наблюдательную позицию над сильно заминированным участком дороги. Услышав ситуацию по радио, Рис, презрев приказы, организовал поспешное спасение, за что пилот оказалась в глубоком долгу перед ним. Она оправилась от ранений, но была комиссована из армии. Она стала для Риса и его покойной жены Лорен как сестра, а для их дочери Люси — близкой тётей. Райли была непоколебимо предана своим друзьям, и когда Рису нужна была помощь, чтобы отомстить за смерть Лорен и Люси, она оказалась рядом на крыльях.

— Лиз, что ты здесь делаешь? — спросил Рис после крепкого объятия.

— Я теперь работаю на Торна, — ответила она со своим сильным южным акцентом. — У него больше самолётов, чем он может упомнить.

— Лиз, ты помнишь Кэти.

— Конечно, мы поддерживаем связь. Не каждый день вывозишь похищенную журналистку с Фишерс-Айленд на Pilatus посреди ночи.

Две женщины обнялись, как старые подружки.