Я сглатываю, приоткрывая губы, когда он проводит пальцем по шву моих трусиков, дразня меня, собирая влагу на кончике пальца и растирая её между пальцами.

— Ты маленькая лгунья, да, смертная? Хочешь, чтобы я снял заклятие, чтобы все увидели, как отчаянно ты меня хочешь? Хочешь, чтобы я это сделал? — Моя спина выгибается, когда он нажимает кончиком пальца на ткань, прямо у моего входа. — И они смогут смотреть?

Просунув два пальца в мою щель, он зажимает между ними мой клитор, крепко обхватывая мою киску.

— Ты такая влажная для меня, человек, — говорит он со стоном, лаская меня, потирая мое лоно, его глаза загораются, когда я стону. — Столько ненависти, и все же ты хочешь, чтобы я продолжал, не так ли?

Я киваю, и невидимая лоза сжимается вокруг моего горла, заставляя меня смотреть на потолок черного купола, не давая мне видеть, что он делает.

— Слова.

— Да, — выдыхаю я, пытаясь сжать бедра, чтобы облегчить напряжение, когда он убирает руку. Мой клитор пульсирует, жаждет прикосновений, поцелуев, лизания и стимуляции.

Мое сердце колотится от возбуждения и чего-то гораздо более ужасающего, когда Дейн появляется надо мной, опираясь локтем рядом с моей головой, а теневые руки по-прежнему держат мои бедра раздвинутыми для него.

Его взгляд не отрывается от меня, когда он сдвигает в сторону моё бельё, а затем ухмыляется, погружая в меня палец — от этого всё моё тело напрягается. Холод его кольца резко контрастирует с моим жаром, и я едва выдерживаю это ощущение, пока он снова прикусывает мою губу. Он вводит палец до самого основания, прижимая большой палец к клитору и медленно выводя круги. Я пытаюсь не стонать, но звук всё равно срывается с моих губ.

Меня и раньше ласкали пальцами, но я никогда не испытывала ничего подобного. Не уверена, магия или его силы усиливают это покалывание, но когда он вводит второй палец, мои пальцы на ногах подгибаются, а руки взлетают вверх и сжимают его рубашку в кулаки.

Я хочу прижаться к его руке, но тенистые руки держат меня так крепко, что я не могу пошевелиться.

Они ласкают мои бедра, пока Дейн трахает меня пальцами, наблюдая за мной, не отрывая взгляда, пока он то входит, то выходит, большой палец сильнее давит на мой клитор, заставляя мою спину выгибаться над полом бального зала.

У меня перехватывает дыхание, и я зажмуриваю глаза, когда на меня обрушивается очередная волна удовольствия. Я уже на грани, когда он хватает меня за подбородок.

— Смотри на меня, — рычит он сквозь зубы, а теневые руки раскрывают меня еще шире. — Смотри, блять, на меня.

Я смотрю на него и, как только улавливаю жажду в его глазах, тёплая волна поднимается у основания позвоночника, быстро обволакивает меня и добирается до татуировок на шее. Они покалывают, посылая ответные импульсы по всему телу — нервы вспыхивают, и я срываюсь на сдавленный стон.

Его широкое плечо мелькает в поле зрения, когда он двигается во мне.

Какое бы удовольствие я ни испытывала, оно будто проходит по общей связи между нами. Я чувствую, как он становится твёрже у моего бедра, его собственное напряжение сжимает его сильнее.

Челюсть Дейна напрягается, и с каждым движением мои ощущения нарастают до ослепляющей точки.

Мы не отрываем взглядов, пока он погружается глубже, мое возбуждение пропитывает мои бедра и образует лужи на полу под мной. Большие пальцы теневых рук потирают бока моей киски, раздвигая меня шире, пока Дейн добавляет еще один палец, отправляя меня в мир, из которого нет возврата.

Мое зрение затуманивается, и мои мышцы сжимаются в спазме, пока стенки моей вагины снова и снова спазмируют вокруг его пальцев. Я дрожу под ним, оргазм пронизывает меня, пока Дейн сгибает пальцы глубоко внутри меня и трахает сильнее, быстрее, глубже, облизывая губы, наблюдая, как я теряю контроль.

Никто вокруг нас не знает, что я кричу. Что мой рот приоткрыт, что я отчаянно впиваюсь в его одежду, когда мой оргазм достигает пика, и белые вспышки перед глазами замедляются.

На долю секунды я узнаю мужчину над собой. По-настоящему узнаю его. Мужчину, который застегнул мой корсет после ночи любви, а затем сбежал из комнаты, прежде чем мой отец застал нас.

Поцелуй на мою руку.

Оглушительный крик его матери, когда нож вонзился ему в грудь.

Я задыхаюсь и смотрю на него с недоверием.

— Дейн?

Слеза скатывается по моей щеке, и Дейн тоже меня узнает. Он кивает, вытаскивает пальцы из моего лона и вытирает слезы.

— Если ты готова — останься. Останься со мной.

Мои губы раскрываются, чтобы произнести слова, которые я должна сказать. Они на кончике языка, но головокружение заставляет мои глаза закатываться.

Тьма опускается на меня, как вуаль, и я слышу шепот незнакомого голоса у себя за ухом. Он говорит мне отпустить.

Взрыв в голове заставляет меня вздрогнуть, и он бережно берет меня за щеку, вытирая еще одну слезу.

— Серафина, сосредоточься.