— Если я пойду, ты пойдешь со мной. И я с удовольствием посмотрю, как тебя разорвут на куски бессмертные там, внизу. — Он отталкивает меня. — Ты откажешься от нашего партнерства, маленькая смертная. Потому что если мне когда-нибудь придется тебя трахнуть, я позабочусь, чтобы это убило тебя.

Дейн исчезает, и с ним исчезает напряжение в моих плечах, воздух возвращается в мои легкие, когда я прислоняюсь к стене.

Нас обоих накажут за то, что мы ушли с урока. Меня — точно. А ему сойдет с рук, и его, наверное, даже похвалят за то, что он пытался преследовать свою партнершу по человеческим отношениям.

Что, черт возьми, я натворила в своей жизни, чтобы заслужить такое? Из всех людей здесь именно с ним меня ставят в пару на большинстве уроков. Это несправедливо.

Когда я добираюсь до своей комнаты, Мел пишет мне, что наконец уступила Орсену и что они собираются посидеть у водопада возле леса, полного тайн. Она говорит, чтобы я пошла с ними, и что она пригласит Дейна, а я вежливо говорю ей, чтобы она засунула это себе куда-нибудь.

Я принимаю душ, ложусь в постель и достаю домашнюю работу. Это занимает у меня несколько часов, но наконец я закрываю тетрадь. Свечи мерцают, стены кажутся спокойнее, чем обычно, и когда я лежу под одеялом, мой телефон пищит.

Дейн: Я поговорил с мамой, и она сказала, что важно, чтобы мы оставались в паре. Поздравляю, смертная.

Я натягиваю одеяло на голову и отвечаю.

Я: Ты не можешь угрожать моей жизни и писать мне, как будто ничего не произошло. Ты — самый странный парень, которого я когда-либо встречала. Психотическое поведение. Ты точно не задержишься в моем мире. О тебе снимут документальный фильм, прежде чем сделать смертельную инъекцию.

Он снова начнет перечислять все причины моей смерти, я это чувствую. Он будет использовать чрезмерное количество деталей и выставлять меня отвратительным существом, к которому он никогда бы не прикоснулся.

А ведь прошлой ночью он был тверд, как камень. Если только возбуждение или эрекция не являются побочным эффектом его гнева. В конце концов, я не знаю, к какому виду он принадлежит.

Дейн: Что такое документальный фильм?

Я никогда не уеду с этого острова.

Глава 6

К полудню все должны сидеть в столовой и молчать. Когда пробило половину часа, мне показалось, что мои профессора вот-вот взорвут весь замок — настолько шумно и все опоздали. Стулья опрокидываются, группы смеются и болтают между собой, а кто-то курит то, что, как я могу только предположить, является академической версией сигареты в Кварриертонской академии.

Свет мерцает.

— Тишина!

Никто не слушает, пока я опираюсь локтями на стол, подперев подбородок ладонями. Похоже, обладание силой не дает тебе власти над пятьюдесятью с лишним учениками-волшебниками. Ну, волшебниками, за исключением одного. Меня.

Дейн и его банда хулиганов входят, или, скорее, входят с важным видом, и в зале воцаряется мертвая тишина. Меня раздражает, что их хвалят без всякой причины. Конечно, у них есть внешность и соответствующее дерзкое поведение, но то, что они — дети профессоров, не должно делать их такими особенными.

Меня сейчас, кажется, вывернет — все смотрят на них, как на свежую добычу, жадно готовые откусить свой кусок. Справедливости ради, Дейн действительно хорошо выглядит. Его волосы — кудрявая копна на голове, рубашка частично расстегнута — галстука нет — а рука засунута в карман.

Закатанные рукава привлекают моё внимание к его предплечьям, и я с трудом подавляю странное, раздражающее желание наблюдать, как под загорелой кожей проступают вены.

Я отворачиваюсь, когда его взгляд встречается с моим. Надеюсь, его странная способность читать мысли не дотягивается сюда. Если да, то он только что насладился видом своей собственной руки, сжимающей мою шею.

Молодец, Сера. Молодец.

К моему раздражению, Орсен замечает столик, за которым сидим мы с близнецами, указывает в нашу сторону и улыбается Мел. Мы все хором стонем, и голова Поппи драматично ударяется о стол. Она их всех ненавидит, а Орсен любит дразнить ее насчет ее партнера. Он также говорит ей, что он ее будущий шурин.

— Что бы он ни говорил, это ложь.

Я бросаю взгляд на Мел. — Что ты наделала?

— Ничего, — отвечает она. — Что бы Орсен ни говорил, не верь ему. Я не целовала его вне заданий на уроках, и я точно не чувствовала его пальцев внутри себя посреди леса.

Поппи кривит лицо.

Я прищуриваюсь.

— Я думала, ты ненавидишь лжецов.

Она бросает на него гневный взгляд, когда он подходит к нам, опираясь своими чудовищно большими руками на стол.

— Доброе утро, дамы. — Орсен наклоняет голову в мою сторону. — Человек.

Я закатываю глаза, а потом отвожу взгляд, когда Дейн садится прямо напротив меня. Его нога касается моей, и я напрягаюсь всем телом, как будто его черные тени снова обвивают меня. Мое сердце тут же начинает биться чаще, и мне приходится прочистить горло, чтобы не вырвался какой-нибудь звук.