Весь класс замолкает, когда дверь с грохотом распахивается. Дейн, с мрачным выражением лица и разъяренным взглядом, входит, игнорирует всех, кто на него смотрит, и занимает место напротив меня.

Он скрещивает руки, откидывается на спинку стула и раздвигает ноги под столом.

— Извините, что опоздал, — говорит он, на мгновение бросив на меня взгляд. — Меня отвлекли.

— Ничего страшного, мистер Далтон. Я как раз объясняла всем, насколько важны доверие и связь, когда речь идет об интимных отношениях с человеком. — Он не мог выглядеть более отвращенным. — И в первой половине семестра вы будете без устали работать со своим партнером, чтобы обрести и то, и другое. — Она продолжает объяснять систему оценок, как она будет следить за всеми, и что задания будут совместными.

Он поднимает бровь. — А с кем я в паре?

Профессор уставилась на него, затем прижала руку к груди.

— Я разве не назначила вам партнёра? Прошу прощения, мистер Далтон! — Она поспешила к своему столу, перебирая бумаги, пока её взгляд не остановился на мне. — У мисс Уинтерс тоже нет партнёра.

Дейн выпрямился. — Нет.

— Да. Вы будете парой. Пожалуйста, садитесь вместе.

Мои глаза расширяются, и рот открывается.

— Простите? Почему?

— Вы. Партнеры.

Дейн с силой ударяет рукой по столу, вскакивая на ноги, и все окна разрываются, бумаги разлетаются повсюду.

— Не оскорбляйте меня, предполагая, что я буду заниматься сексуальными отношениями с человеком.

— Сядьте, мистер Далтон.

Орсен подбирает бумаги Мел, а на его лице играет самая широкая ухмылка, какую я когда-либо видела.

Дейн снова отказывается.

— Ни за что. Как вы смеете объединять меня с этим…этим…человечишкой?

Профессор щелкает языком.

— Тогда идеальная пара. Похоже, вам этот урок нужен больше, чем кому-либо, чтобы избавиться от своих предубеждений по отношению к людям. Как вы собираетесь строить отношения, когда покинете остров?

— Я — самое могущественное существо на этом острове, а вы хотите, чтобы я выполнял эти задания с… — Он гримасничает в мою сторону. — Она — всего лишь теплое тело.

Ауч.

Я качаю головой.

— Если тебе от этого станет легче, я бы лучше поцеловала мертвую лягушку. Ты отталкиваешь меня так же, как я отталкиваю тебя.

— Молчи, смертная, — резко бросает Дейн. — Тебя не просили говорить.

Я встаю и перекидываю сумку через плечо.

— Не могу дождаться того дня, когда кто-нибудь сбросит тебя с твоего воображаемого пьедестала. Иди на хуй, Дейн.

— Вернитесь, мисс Уинтерс!

Профессор, возможно, убьет меня, но я все равно ухожу отсюда. Я ненавижу ее и всех в этой школе.

Я здесь единственный человек, и это делает меня мишенью. Тем не менее, на каждом уроке они учатся, как приспосабливаться и вести себя рядом с такими, как я, чтобы иметь шанс на выживание. Если они не могут справиться со мной, двадцатилетней девушкой без семьи и близких друзей, которая работает в закусочной, то им конец.

Я едва успеваю добежать до входа в женское общежитие, как из стен вырываются лианы и затаскивают меня в темную комнату. Когда Дейн входит, зажигается свеча, и дверь закрывается за ним.

Я закатываю глаза. — Ты уже становишься одержимым. Чего тебе нужно, существо?

Лианы сжимают мою талию и запястья.

— Одержимость — это настойчивое желание узнать кого-то, неспособность перестать о нем думать или контролировать его. Если бы я был одержим тобой, смертная, ты бы оказалась прикованной к стене в моей комнате, где я мог бы следить за тобой. — Он делает шаг ко мне, а тугие узы притягивают меня к нему. — Я просто хочу, чтобы ты отказалась от этого партнерства.

— Я отказывалась от каждого занятия, на котором мы были партнерами. Это не сработает, — отвечаю я, дергая лианы. — Если ты меня не отпустишь, я сделаю это занятие для тебя в десять раз хуже.

— Твои угрозы слабы.

— Как и ты, — звучит мой незрелый ответ.

— Ты не особенная. Если я убью тебя прямо сейчас, никто не будет скучать по тебе. Никто бы тебя не искал. Я найду нового партнера, а тебя закопают в грязи, где тебе и место.

— Ты так стараешься быть задирой. Это уже становится утомительным и предсказуемым. Если бы ты собирался что-то сделать, ты бы уже это сделал. Почему бы тебе просто не оставить меня в покое? И пошел бы на хрен, пока ты этим занимаешься.

Лианы исчезают, и Дейн прижимает меня к стене. Яркие серебристые глаза смотрят на меня с яростью.

— Я не буду участвовать в этих нелепых занятиях.

Я улыбаюсь, хотя он близко, так близко, что я чувствую его мужской запах — кедр, пряности и все то, что обычно привлекает меня в парнях.

— Тогда наслаждайся подземельями.

Он ухмыляется, когда его рука скользит к моему горлу, а большой палец прижимается к моему пульсу. Дейн несколько дней назад сказал, что никогда не прикоснется ко мне физически, но вот он здесь, кожа к коже.