Шлепаю ее по заду, и Келли бежит прочь. Дорогу она знает. Остается лишь молиться, чтобы солдат, оставленный на дежурстве, не имел привычки стрелять во все, что движется. Если он убьет мою любимую лошадь – клянусь, выслежу его, всажу пулю в голову, а потом еще на том свете достану!

В поселок я пробираюсь, избегая больших дорог. Байк оставляю на выселках, в стальном гараже за небольшим кирпичным домиком, хозяева которого умерли пару лет назад. Дом еще не передан другой семье, так что с тех пор пустует. В этом гараже Сопротивление издавна оставляет разные вещи. Удобная точка – скрытая от случайных взглядов, близко к поселку, но и всего в пятидесяти ярдах от леса.

Собираюсь выйти, когда снаружи раздается звук. Низкое механическое жужжание, вроде трепета крылышек колибри, если бы крылья у нее были из стали.

Дрон-наблюдатель.

С сильно бьющимся сердцем пригибаюсь, прижимаюсь к стене. Уголком глаза замечаю тень дрона, он маячит за окном в задней стене гаража. Камеры в округах повсюду: их немигающие огоньки напоминают, что Система всегда ведет слежку. Но дроны в Хамлетте и окрестностях почти не встретишь. Поселок у нас маленький, ничего интересного. Зачем за нами следить?

Так было до сегодняшнего дня, поправляю я себя. Пока не выяснилось, что в этом маленьком неприметном поселке скрывался знаменитый преступник Джулиан Эш.

И все из-за меня.

Не обращая внимания на стук сердца, жду, пока жужжание дрона стихнет вдали. Делаю шаг на порог, осторожно выглядываю за дверь. Заметив в небе серую тень, улетающую в противоположном направлении, едва не падаю от облегчения.

Теперь валить – и быстро!

Не теряя ни секунды, бросаюсь бежать в сторону леса.

Давным-давно, во времена ожесточенной политической борьбы, кто-то выкопал под этими лесами целую систему подземных ходов. По иронии судьбы сперва под землей прятались примы. В конечном счете одни лидеры ничем не лучше других. Президент Северн, правивший Континентом до Генерала Реддена, был модом и считал нас высшей расой. Много десятилетий моды терпели преследования от примов; придя к власти, Северн и его приспешники решили, что теперь все будет наоборот. Идиоты. Из идеи, что одна группа целиком хороша, а другая целиком плоха, никогда ничего путного не выйдет. Генерала Меррика Реддена я терпеть не могу, но при чем тут остальные примы? Не все же они такие!

Например, тот прим, что встречает меня в конце тоннеля. Грифф Арчер, отец Таны. Он не мод, как его дочь, но верен Тане – и Сопротивлению.

– Тана рассказала, что произошло, – говорит Грифф, наклоняясь, чтобы меня обнять. Он огромного роста, бритый наголо, заросший кустистой бородой; в его теплых объятиях я чувствую себя в безопасности. – С тобой все нормально? Ты с ним еще говорила?

– Нет. Он не отвечает.

Во мне растет беспокойство. Возможно, Джим не отвечает на зов, потому что хочет меня защитить. Но могут быть и иные причины. Куда более неприятные. Например, он без сознания.

Или мертв.

Нет! Не может быть! Открывая тропу к нему, я по-прежнему чувствую его энергию. Могу проложить дорогу до самого его сознания. Джим как-то говорил: когда кто-то умирает, его сигнатура полностью исчезает. Ты перестаешь его чувствовать.

Но я же, черт возьми, его чувствую!

– Не знаешь, куда его увезли? – спрашивает Грифф.

– Должно быть, в город. Один из офицеров его узнал. Они в курсе, что он дезертировал из Структуры, – паника перехватывает мне горло. – Его убьют!

– Может быть, и нет. Может, всего лишь отправят в лагерь.

Дядя Джим скорее глотку себе перережет, чем станет рабом Системы.

– На ранчо оставили солдата, он явно меня поджидает. Они хотят меня допросить.

– Это уж точно. Так что тебя нужно убрать отсюда. У подполья есть убежище в Округе S. Сначала туда, потом переправим тебя на юг.

– Ни за что! Никуда я не побегу! Я поеду в город и спасу Джима!

– Рен, – твердо отвечает Грифф. – Это не обсуждается, слышишь? Будь он заключенным в лагере, подполье могло бы устроить ему побег. Но его везут в Пойнт. Он предстанет перед Трибуналом.

Трибунал – единственный судебный орган на Континенте: кучка мужчин и женщин, которые решают судьбу обвиняемых, как правило, на месте и не особо утруждая себя исследованием доказательств. Всех, кто признан виновными, приговаривают к смерти или к заключению в лагере. Судя по тому, что я слышала о Трибунале, оправдывает он лишь верных сторонников Генерала. Прихлебатель Реддена, совершивший преступление, может отделаться выговором, но никого другого щадить не будут.

– Плевать! – упрямо тряхнув головой, отвечаю я. – Так или иначе я попаду в город. Вопрос в том, поможешь ли ты или мне придется все делать одной?

Грифф вздыхает:

– Хорошо, свяжусь с Сопротивлением.

_______