Поскольку ни у кого из нас нет штанов для йоги, которые когда-либо видели хотя бы одну собаку, смотрящую мордой вниз (прим. — поза в йоге), нам сходит с рук то, что мы называем «Матери-Наседки» — «Книжным клубом». Кто-то приносит несколько книг, чтобы положить их на стол, а затем мы намазываем наши лица обработанным сахаром.

Что будет на этой неделе? Эклер? Профитроли? Наполеон? Простой, но всегда вкусный кленовый блинчик?

Это потрясающе.

Что удивительно, так это сорок два пролета лестницы, по которым мне придется подняться, чтобы попасть в это кирпичное здание юрского периода. Честно говоря, что случилось с равным доступом для всех? Включая женщин на нелепых толстых каблуках, которые, вероятно, могли бы выдержать вес автомобиля, если бы ей действительно нужно было заменить колесо?

Хоть мне и удается проникнуть в здание, и как раз вовремя, когда большое серое весеннее облако решило излить свое перегруженное сердце на улицу, мой желудок сжимается, когда я вхожу в зону ожидания и вижу, что это загон для скота. Затхлый запах старого здания перекрывает виртуальная ударная волна спрея для тела и духов, которые носят две дюжины других девушек в разных нарядах, некоторые более готические, чем гранж, гораздо больше черных чулок, чем красной фланели, и все они моложе, упруже, красивее, вероятно, одеты в наряды, которые им пришлось позаимствовать из дальнего угла маминого шкафа, это пространство, где вы храните вещи, от которых вы просто не готовы избавиться, потому что вы чувствуете, как ваша молодость уходит, как последние несколько капель ирландского крема из бутылки Бейлиса.

Мне действительно нужно вернуться в Лос-Анджелес.

Я регистрируюсь и передаю обязательный снимок в профиль и резюме, мой желудок немного успокаивается, когда я узнаю ассистента по кастингу. Шоу-бизнес в этом городе — это сплоченная группа. Любой талант, который проводит больше месяца в окопах для прослушивания, знакомится с помощниками по кастингу и директорами по кастингу по имени. Эта девушка — Бриттани, такая игривая и красивая, как следует из ее имени, — спрашивает о моей семье, есть ли у моей сестры место для новых пациентов, и могу ли я выбить ей скидку, ха-ха-ха (все хотят сделать операцию на носу подешевле), как она давно меня не видела, и где я пряталась?

— Спроси моего агента, — говорю я.

— Все еще с Леди Макбет? — Мой агент, Дженис, — бывшая детская актриса. В детстве снималась во многих рекламных роликах в Лос-Анджелесе, перешла на программы Диснея, а затем после колледжа провела один сезон на Шекспировском фестивале в Орегоне в роли коварной жены обреченного Макбета.

Затем у нее был роман с (женатым) режиссером, и она сбежала из города, раздутая их предполагаемым ребенком любви, приземлилась в Портленде и объявила себя лучшим агентом города. Дженис — женщина, состоящая из многих вымыслов, но она очень хорошо ко мне относилась и кто я такая, чтобы спрашивать, где она стоит в иерархии агентов?

— Эй, твоя электронная почта все та же? — Я киваю. Она понижает голос. — Я руковожу новой импровизационной группой по вечерам в четверг, если тебе интересно.

— Это было бы потрясающе... — Я провела несколько уроков импровизации Бриттани. Она веселая, и команда, с которой она работает, очень талантлива — всякий раз, когда она предлагает мне место, я соглашаюсь. Всегда хорошо потраченное время. Но она держит это в секрете, только по приглашению, поэтому нам не нужно нянчиться со всеми подростками, которые ищут место, где можно пошутить о члене. Такие шутки следует оставить профессионалам.

— Я скину подробности. И они должны позвать тебя примерно через двадцать минут, — говорит она, наклоняясь ближе. — Я надеюсь, ты готова тряхнуть своей задницей. Там солист, ему около двенадцати, и он полный извращенец.

— Потрясающе. — Я слабо показываю ей большой палец и выбираю место в стороне. Да, мне повезло, потому что я выгляжу моложе своего настоящего возраста, но серьезно, я все еще выгляжу намного старше любой из присутствующих здесь девушек. Какого черта Дженис послала меня на это дело? Вы знаете, где проходят настоящие концерты? Как в рекламе тампонов или женских дезодорантов? Гонорары с них могут быть сумасшедшими — я знала женщину в Лос-Анджелесе, которая купила дом на Голливудских холмах только за счет гонорара, который она заработала на рекламе Душа Массенгилла (прим. — средство для интимной гигиены). Конечно, она была известна как Придурковатая Леди, но у нее есть пейзажный бассейн и мальчик у бассейна по имени Свен. Чистая вагина — это не повод для смеха.