— Ты что, шутишь? Медицинское страхование — это отрасль с оборотом почти в 900 миллиардов долларов в год. Многое можно украсть — корпоративные и коммерческие секреты, аналитические данные о рынке, грязные секреты руководителей компаний, заключающих закулисные сделки с врачами, крупными фармацевтическими и медицинскими организациями, массовая кража данных, приводящая к широкомасштабной компрометации личных данных тысяч наших получателей и плательщиков, что почти всегда приводит к мошенничеству в «Medicare», — говорит Лидия, отправляя в рот здоровый кусок тирамису. Все мы, вдесятером, смотрим на нее так, словно у нее выросла вторая голова. — Нет, я ей не помогаю. Я просто говорю, что это огромная проблема.

— Однако, когда она уходила в тот день, после вашей драки, — добавляет Шелли, — она надела свой ошейник.

— Кто держит у себя в столе ошейник? — говорит Чар. — Кто так делает?

— Она сказала, что это предотвращает появление двойного подбородка, — говорит Шелли, слизывая остатки глазури со своей салфетки.

— Отказ от этого торта предотвращает появление двойных подбородков, — говорю я себе под нос, с тоской глядя на свой печальный кусочек.

— Чепуха. Так случилось, что мне нравятся мои двойные подбородки. Я их заработала. — Шарлин похлопывает себя по лишней плоти на шее.

— Ну, что бы ты с ней ни сделала, Дени, — говорит Вив, — ты сделала это хорошо. Скала одобрил бы это. — Все поднимают свои вилки и хлопают по столу свободными руками. Я краснею. Я не должна получать удовольствие от похвал, связанных с моим физическим нападением на другого человека, но если она корпоративный шпион, возможно, меня восстановят в должности, и тогда ФБР присудит мне какую-нибудь гуманитарно-гражданскую награду супергероя за защиту компании от дальнейшего ущерба.

 

 

ИНТ. АУДИТОРИЯ ХРАМА — ВЕЧЕР

 

СТАРУХА ДЖОАН

Дамы и господа, мы собрались здесь сегодня вечером, чтобы почтить память совершенно особенной молодой женщины с волосами средней длины и обаятельной улыбкой, молодой женщины с неистовой любовью к величию, которым является Дуэйн «Скала» Джонсон, молодой женщины с неутомимой преданностью театральному искусству, золотой рыбке с биполярным расстройством, бездомной кошки и разочарованной бездельницы с докторскими степенями, собирающей вторсырье, молодой женщина, влюбленной в своего собрата-мужчину — если только этот собрат не женщина, а также коварный корпоративный шпион со склонностью к фотографиям пенисов…

 

(Аншлаговая толпа смеется; Джоан ждет, пока стихнут первые аплодисменты.)

 

СТАРУХА ДЖОАН (ПРОДОЛЖЕНИЕ)

Помогите мне поприветствовать виновницу этого вечера, нашу собственную сияющую звезду и зеницу ока отдела ФБР по борьбе с киберпреступлениями, мисс Даниэла Элизабет Стил.

 

(Оглушительные аплодисменты, когда ДЖОАН вручает Даниэла мерцающую статуэтку.)

 

 

ДАНИЭЛА

Ух ты, большое тебе спасибо. Святая корова…

 

 

(Дени смотрит на трофей, который чем-то похож на «Оскар», но не такой анатомически двусмысленный. Затем она смотрит в аудиторию; камера перемещается на первый ряд, следуя за ее взглядом.)

 

ДАНИЭЛА (ПРОДОЛЖЕНИЕ)

 

Дуэйн, это ты?!

 

(Аплодисменты, когда Скала встает и приветствует людей.)

 

 

ДАНИЭЛА (ПРОДОЛЖЕНИЕ)

 

О боже, я не могу поверить, что вы здесь!

 

(Аплодисменты стихают.)

 

ДАНИЭЛА (ПРОДОЛЖЕНИЕ)

 

Огромное спасибо. Я даже не знаю, с чего начать и кого благодарить в первую очередь... Вы знаете, я не собиралась быть героем, спасать компанию от разорения от рук этого одержимого фаллосом злодея. Но благодаря поддержке людей мы сделали именно это.

 

(Дени указывает на Скалу; Скала в ответ указывает на Дени; толпа взрывается.)

 

ДАНИЭЛА (ПРОДОЛЖЕНИЕ)

 

Это для тебя, Скала!

 

(Дени подбрасывает в воздух трофей, который держит в руке, в победном салюте; все вскакивают на ноги.)

 

 

 

— Чего я, однако, не понимаю, — говорит Шарлин с набитым ртом, — так это зачем она собирала фотографии пенисов на своем рабочем компьютере.

— Потому что они заражены вирусами, — говорит Лидия.

— Файлы или пенисы? — Шелли спрашивает, следует хор из «тьфу гадость».

— Ты как пятиклассник, ты знаешь? — Лидия ругается. — Файлы более склонны к распространению, если они носят сексуальный характер. Эти фотографии с большей вероятностью станут вирусными в межофисной среде, в то время как фотографии кошек могут и не стать.

— А что не так с фотографиями кошек? — спрашивает Шарлин.

— Даже если сотрудники не поделятся фотографиями, они уже есть в системе, поэтому, какую бы вредоносную программу или ботов она ни установила, они уже делают то грязное дело, для которого ей это было нужно. Намеренный каламбур.