Толик решил поплавать с дельфинами и смело прыгнул с плота. Надежда очень скоро последовала за ним. Ника не могла бросить сестру и тоже решила поплавать, а Павлик плавать не умел, поэтому он остался охранять плот. К тому же, Павлик никому не признавался, но дельфинов он немного побаивался. Дикие морские звери всё-таки, незнакомые. И зубы у них острые, сразу видно. Вон как пасть открывают! Да ещё и смеются.

Павлик сердито отвернулся от улыбающейся морды дельфина, качавшегося возле борта и явно приглашавшего мальчика поиграть.

— Лучше бы рыбы достали, — хмуро сказал ему Павлик.

Дельфин сказал что-то похожее на "мяу" и скрылся под водой.

Когда он снова вынырнул, в зубах дельфин держал серебристую рыбку. Дельфин осторожно бросил её на палубу и снова нырнул.

Павлик торопливо подхватил рыбу. Другие дети, увидев такой поворот, тоже выбрались на палубу и стали подбирать рыбу. Дельфины приносили ещё и ещё…

— Хватит, хватит! Спасибо! — махали руками дети, когда в центре, в углублении иллюминатора выросла уже порядочная горка рыбы.

Дельфины приносили ещё, а дети кормили их и совсем не боялись. Даже Павлик перестал бояться. Потом дельфины как-то все дружно нырнули и исчезли. Дети увидели их уже далеко от плота. Махали дельфинам руками и кричали: "Спасибо, приходите ещё! Поиграем!"

А потом, сидя на краю плота, Ника и Толик чистили рыбу, взяв вместо ножей кусочки острого зазубренного железа, которые удалось оторвать от края палубы.

Павлика все хвалили, он стал героем дня. Друзья наперебой говорили, как хорошо, что ему пришло в голову попросить дельфина принести рыбку. Павлик краснел и смущённо молчал. Ему было очень стыдно. Он никогда не признался бы, что подумал в тот момент про дельфина: "Что уставился, глупая рыбина? Хоть бы поесть принёс!" И только вторую часть своей мысли Павлик сказал вслух.

Теперь он раскаивался и мысленно просил прощения за собственную глупость.

Когда перечистили всю рыбу, Надежда заметила, что пора просить дождика. Поступили точно так же, как и вчера. И дождь пошёл, ждать его пришлось недолго.

Снова светило солнце. Маленький бассейн для воды был полон; на краю плота вялилось под жаркими лучами двадцать три рыбки. Дети были совершенно спокойны за своё путешествие. Оно шло благополучно. Их беспокоили мысли о родителях и о затонувшем теплоходе, но четверо маленьких путешественников старались не тревожиться, а молиться об их благополучии. Большего они не могли сделать.

Пришла ночь. Над водой сверкали летающие рыбки; море в глубине светилось бледно-зелёными полосами. Если поводить рукой по воде получались светящиеся водовороты. Девочкам особенно нравилось смотреть на кружение тихих искр. Это было похоже на танец. Наконец все уснули.

Наступил третий день плавания.

Наутро Толик разбудил своих спутников громким криком: на горизонте появилась тёмная полоса. Плот приближается к неизвестной земле.

Путешественники очень обрадовались. Даже пытались грести, чтобы скорее пристать к берегу. Но прошло несколько часов, а остров (конечно же, это был остров!) был ещё очень далеко. Тогда Ника вернула всех к нормальному распорядку дня, даже заставила мальчишек умыться, и все помолились перед завтраком, состоящим только из воды. К обеду дети решили, что рыбка уже готова и съели три штуки на четверых. Оказалось довольно вкусно. Можно было есть без соли, морская рыба и так солёная.

Только к вечеру плот оказался вблизи острова в мелком заливчике с прозрачной голубой водой.

— Бухта Четырёх Путешественников! — торжественно сказал Толик и плюхнулся в воду, возле края плота. Его надо было отбуксировать к берегу, потому что ни ветра, ни волн в бухточке не было. Плот остановился и не двигался дальше.

Ника соскользнула в воду с другой стороны. Павлик не умел плавать, но решил, что если держаться за край плота и болтать ногами, то не утонешь. Он толкал плот с кормы, и, подчиняясь усилиям всех троих, плот уверенно двигался к берегу. А Надежда осталась за капитана и помогала держать верное направление. Ещё она следила, не появятся ли поблизости страшные акулы или коварные крокодилы, и собиралась вовремя предупредить друзей об опасности. Но никакой живности ни на острове, ни вокруг не было видно. Только белые птицы по-прежнему кружили в небе, словно наблюдая за детьми.

Наконец усталые путешественники высадились на твёрдую землю и вздохнули с облегчением. Плот вытащили как можно дальше на берег и разбрелись исследовать остров. Ника велела всем не уходить далеко. Они с Надеждой пошли разыскивать съедобные фрукты. Толик мечтал найти гнездо, полное зарытых в песок черепашьих яиц или хотя бы раковины съедобных мидий. Павлик остался караулить плот и обещал развести костёр: пока что он собирал сухие ветки.

Когда дети снова сошлись все вместе, на берегу потрескивал весёлый костёрчик, зажжённый с помощью увеличительного стекла, и лежала горка бананов и каких-то зелёных дынь. Павлик сказал, что это папайя, их можно есть.

На острове нашёлся маленький ручеёк с пресной водой. Фруктов было вдоволь. Дети пировали на славу. Ближе к вечеру они выбрали большое дерево и устроили в развилке его ветвей себе домик. Домик был больше похож на корзину с крышкой из длинных банановых листьев, но получился очень уютным.