Люся помогла старушке подняться с крыльца и подойти поближе к странникам. Столетняя старушка заглянула в лицо молодой женщины, собираясь что-то спросить.

— Долг оплачен, — безо всякого вопроса ответила та. Просто сообщая то, что её просили передать, как вестница. — Его душа покоится с миром… Спасибо вам, добрые люди, что позволили напиться. Прощайте.

Женщина пошла дальше по дороге, впереди неё весело бежал мальчик, толкая палкой катящийся обруч от старой бочки.

Люся обернулась к старушке и увидела, что по её щекам текут слезы.

— Наконец-то, — прошептала старушка. — Слава Богу…

— Это была ОНА? — спросила Люся. — Та самая дама, которая приходила к вашему отцу?

Старушка молча кивнула.

— Скажите пожалуйста, — вдруг заволновалась Люся, — а мальчик… мальчик, её сын, он такой же, как тогда? Он не вырос?

— В тот день он был точно такой же, как и сегодня, — ответила счастливая старушка, и лицо её осветилось улыбкой. — И так же беззаботно побежал за деревянным обручем, когда они уходили. Я помню…

— Но почему?? Кто эта женщина? Почему они странствуют по дорогам уже больше ста лет, но её сын всё ещё ребенок?

Вопросы Люси повисали в жаркой тишине дня и оставались без ответа. Только в кулаке шевельнулась, натягиваясь, тончайшая золотая нить.

— Простите, мне нужно догнать их, — сказала Люся. — Будьте счастливы и берегите друг друга! — крикнула она на прощанье и побежала вперед. Туда, где вдалеке ещё был виден тонкий силуэт женщины и маленького мальчика, гнавшего по белой пыли дороги старый деревянный обруч…

Сестра врагов (9+ christ, лирика)

Жил-был на свете со своей женой Мельник. И не было у них детей — наследников их дела, утешения их старости. А были они уже совсем пожилыми. Они с радостью бы нянчились с племянниками и племянницами или с какими другими детьми своих родственников, но оба были одиноки на свете до того, как встретились и стали жить семьёй. Любили Мельник и его жена друг друга, и работа им на мельнице была в радость, да только больше всего хотелось им обоим, чтобы их семья росла и приумножалась, а этого было им не дано до самой старости.

Однажды, пришла Мельничиха к колодцу и стала в очередь за водой. Это было очень странно, ведь рядом с их мельницей бил из земли родник, да и сама мельница была водяная, а не ветряк, так что воды у четы мельников своей хватало. Но это было в воскресный день, женщина шла из храма через главную площадь и остановилась у Большого колодца, который был главным источником не только воды, но и всех новостей их маленького городка.

— Слыхали? Слыхали, у короля сын родился! — судачили вокруг хозяйки.

— Да что вы, не один сын, а сразу двое! — утверждала одна.

— Да-да, двойня, я тоже слышала.

— Да нет, тройня, не сойти мне с этого места! — горячо уверяла третья.

— И это ведь в преклонных уже годах! Не ожидал никто!

— Боже, храни короля, это ведь не просто воспитать сразу двоих сорванцов!

— Да и одного-то непросто!

— Ой, и не говори!

Молча слушала их жена Мельника, и печаль наполняла её сердце. И вдруг, неожиданно для себя она громко при всех воскликнула:

— Король и так богат, а теперь у него есть сын и не один, а сразу двое! Если бы только у меня были дети, мы с мужем стали бы намного богаче короля!

— Так исполнится, добрая женщина, как ты хочешь, — сказал чей-то голос совсем рядом с Мельничихой.

Она огляделась и никого не увидела. Потом опустила глаза и поняла, что сказала это маленькая девочка в голубом платочке, ростом ей немного выше пояса.

— Ты чья такая?

— Ничья.

— Разве дети бывают ничьи? — удивилась Мельничиха, и сердце её сильно забилось. Она уже поняла. А девочка продолжала спокойно:

— Если хочешь, стань моей матерью и скоро ты будешь богаче короля, потому что у тебя родится и ещё двое сыновей.

— Этого не может быть! Столько лет мы с мужем ждали, молили, надеялись, а теперь уж и надеяться перестали, — вздохнула Мельничиха, не замечая, что они с девочкой разговаривают в самой гуще толпы у колодца. Но, кажется, никто из односельчан их даже не слышал. — Никогда не было у нас детей, как ты мне двоих сыновей обещаешь?

— Мало ли у кого не было, а теперь есть, — ответила девочка. — Вот король наш тоже годами стар и вовсе не мечтал о таком богатстве, а дано ему. Королевству совсем не нужны сразу два принца, да ведь это не в человеческой воле. И никто не знает заранее, какие у него будут дети.

— Идём со мной, — сказала Мельничиха девочке. — Права ты или нет, я зову тебя жить в нашем доме. Будь моей дочерью, а мой муж будет тебе настоящим отцом.

— Хорошо, я согласна быть вашей старшей дочерью, — сказала странная девочка и поселилась на мельнице.

Новые родители не могли на неё нарадоваться. Мельник считал, что девочка, которой сейчас и десяти лет на вид не было, скоро вырастет, и, Бог даст, ещё успеет их порадовать внуками. Об уговоре с ней жена Мельника даже не рассказала мужу, да и сама вскоре о том позабыла.