Озма не могла ждать ночи, чтобы отправиться на охоту за Момби, она пойдет прямо сейчас. Она надеялась, что Джек не заметит её, когда она снова юркнула в лес. Ускорив шаг, она вернулась на лесную тропу и полетела сквозь деревья, гадая, сколько времени займет путь до Момби.

В мыслях Озма попрощалась с Джеком, но это было не навсегда. Она еще увидится с ним, хотя бы для того, чтобы сообщить, что убила Момби, и он теперь полностью свободен. Но на сердце всё равно было тяжело.

Нить вела её мимо фейри, кружащих над головой, и древесных духов, наблюдавших за ней с ветвей или из дупел. Озма ни разу не остановилась, пока не достигла рынка. Фейри пытались уговорить её купить товар, но она игнорировала их, пока морщинистая троллиха с одним глазом ниже другого не схватила её за плечи.

— Садись, — потребовала она и толкнула Озму на кресло с бархатной обивкой.

— У меня нет монет, — сказала Озма, пытаясь вырваться из рук, удерживающих её на месте. — Я… я тороплюсь.

— За мой счет. Твои волосы требуют внимания. Их могут легко схватить или отрезать без спроса и продать.

Прежде чем Озма успела вставить слово, троллиха быстро заплела её волосы. Озма расслабилась под уверенными движениями женщины, которая ловко уложила косы короной вокруг её головы. Затем троллиха достала цветы из расписной вазы и вплела их в пряди Озмы.

— Вот так, — троллиха прищелкнула языком. — Намного лучше.

Сунув руку в сумку, Озма всё же достала фрукт и отдала его троллихе в качестве платы — та была права. У Момби и так было слишком много преимуществ.

Озма коснулась бархатистого лепестка в волосах и снова пошла за нитью света прочь с рынка, вниз по длинному склону холма. Вдалеке виднелись леса и хижины, но свет вел её не туда, а направо — к темному туннелю, напоминавшему о Темном месте. Сердце заколотилось в груди; она замерла перед ним дольше, чем следовало бы.

Как только она сделала шаг вперед, чья-то сильная рука дернула её назад, прижимая к твердой груди.

— Я позволял этому спектаклю длиться достаточно долго. Что ты задумала, Цветочек?

Глава 8

Джек

Джек бросил ручки тележки перед прилавком Антаира и потянулся, его спина хрустнула трижды.

— На сегодня всё, — сказал он кентавру. И, вероятно, навсегда. На поле еще оставались тыквы поменьше, и хотя он хотел бы сначала подзаработать еще монет, Озма была права. Оставаться здесь слишком долго и ждать возвращения Момби было рискованно. Ждать еще неделю — значит напрашиваться на неприятности. Ему нужно бежать, прихватив столько семян, сколько удастся унести. Если он позволит себе снова стать её рабом…

Нет. Никогда. Найдутся другие способы набить карманы, даже если придется стать профессиональным жиголо. В конце концов, он не прочь хорошенько потрахаться, особенно когда это помогает отвлечься. Это всё равно лучше, чем торчать на этом проклятом поле.

— Жаль, что Момби не оставила тебе пирогов на продажу, перед тем как уехать, — посетовал Антаир.

Джек пожал плечами. Он бы и врагу не пожелал этих пирогов. Бог весть, что эта гребаная ведьма-мазохистка в них подмешивала. Наверняка там были засахаренные крылья летучих мышей или окаменевшее дерьмо гномов. Он ел стряпню Момби только когда приходилось, а эти фейри, видите ли, скучают по её пирогам. Вероятно, всё дело в каком-нибудь вызывающем привыкание порошке, потому что кулинарные способности ведьмы были, мягко говоря, посредственными.

— Твоя подружка сегодня тебе не помогает?

Джек покачал головой.

— Она на ферме.

Спит, как хотелось бы и ему самому, хотя он пожалел, что не проверил её перед уходом. Раны, полученные ночью, были глубокими, и хоть он и смазал их мазью, они всё равно должны были её беспокоить. Он просто не хотел будить её скрипом половиц. Перед возвращением стоит найти лавку с зельем от заражения и, возможно, какими-нибудь травами от боли.

— На ферме, говоришь? — переспросил кентавр с лукавой усмешкой.

— Да. — Джек сузил глаза. Почему ему кажется, что Антаир на что-то намекает? Озма солгала, сказав, что они любовники, так что кентавр не мог намекать на то, что между ними есть нечто большее. Когда Антаир продолжил ухмыляться, терпение Джека лопнуло. — Что ты мне не договариваешь?

— О, ничего. — Его браслеты из бусин звякнули, когда он поднял тыкву из тележки. — Только то, что прямо сейчас она сидит у Эйзи и заплетает косы.

Сердце Джека едва не остановилось.

— Она… что? — почти выкрикнул он.

Но это могло привлечь внимание Озмы, а он хотел увидеть, что она замышляет. Как она проскользнула мимо него? Когда? Почему? Если она хотела причесаться, не было причин скрывать это — он бы понял желание привести себя в порядок после стольких лет заточения. Но почему она не сказала ему?

Подождите.

Чем она платит? Джек похлопал по карманам, тяжелый звон заработанных монет успокоил его. Он вздохнул с облегчением. Глупо было работать в поле с полными карманами денег, но мысль о том, чтобы оставить их без присмотра, вызывала у него тревогу.

Антаир усмехнулся и махнул рукой.