— Лайонел сейчас с шефом. — Джимми указал на следственную палатку в стороне. Вокруг неё в землю уже вбили высокие металлические барьеры, а рядом начали собирать временный блок-контейнер. Похоже, у Граучо (суперинтенданта) всё-таки нашлись деньги. Забавно, как «общественный резонанс» мигом смазывает петли его кошелька. — Она просила передать, чтобы вы зашли, как только освободитесь.

Лайла снова посмотрела на мертвых близнецов.

— Что убийца пытается сказать нам тем, как они умерли?

— А это обязательно должно что-то значить? — спросил Джимми. — Может, он просто больной ублюдок, который использует сказки как вешалку, чтобы наряжать свои убийства?

— Может быть. Но Джимми, попробуй дополнять мои мысли, а не обрубать их. Давай заставим наши мозги совершить новый рывок вместе. — Черт, она начала говорить как Меллисент Фарлинг.

— Ладно, — сдался он. — Слишком уж большое совпадение: и браслет Эллисон здесь, и её прозвали Белоснежкой… Может, это кто-то, кого вы знали тогда? Может, у неё были отношения, которые она от тебя скрывала…

— Не было.

— Да, но предположим, что были, и он её убил — а теперь делает это снова. — Джимми зашагал быстрее, его мозг явно заработал на полную мощь.

Или, — прошептал голос где-то в лесной тьме внутри Лайлы, — Эллисон и есть убийца.

Она замерла как вкопанная, отгоняя эту мысль, не в силах поверить, что такая дикость вообще пришла ей в голову.

Но в сказке про Красную Шапочку волк надевает одежду того, кого она знает.

— Было же двое братьев Гримм, так? — голос Джимми вернул её в реальность.

— Верно. Якоб и Вильгельм. — Она поспешила к нему.

— Что, если мы ищем двух связанных убийц? Может, старший похитил Эллисон, а теперь младший… перенимает эстафету? — Он посмотрел на неё в ожидании одобрения, как спаниель, принесший тапочки.

Лайла кивнула.

— Возможно. Возвращайся в участок, распиши эти теории и начни искать подтверждения.

Когда Джимми потрусил к парковке, в деревьях на другом конце поляны что-то шевельнулось. Пульс Лайлы участился. Она колебалась. Всем известно, что убийцы часто возвращаются на место преступления. Если он действительно смеется над ними — над ней, — он захочет быть рядом, чтобы видеть их метания. Что, если он выслеживает свою Красную Шапочку? Может, стоит поднять тревогу, вызвать подмогу или…

Из-за куста рододендрона вышла Тереза.

Лайла прижала руку к сердцу.

— Тереза. Не уверена, рада я тебя видеть или нет.

— Очаровательно. Что ж, а я рада. Я ждала возможности поговорить с тобой без свидетелей. — Тереза понизила голос. — Я никому не сказала про Эллисон. И про найденный браслет.

Внутри Лайлы закипела ярость.

— Кто тебе сказал?

— Друг одного друга, который узнал от кого-то из твоего участка. И, судя по всему, у него есть еще информация на продажу. Говорят, жертвы — брат и сестра? Близнецы из скорой помощи?

Лайла мгновенно перебрала в уме всех подозреваемых. Было всего пара человек, знавших, что на поляне лежат Тимоти и Эдит Уэллер. И только один из них отирал углы в коридорах и проявлял несвойственное ему рвение. Она резко вдохнула.

— Тони. Утечка — это Тони.

Несмотря на то, что это не стало для неё полной неожиданностью, она была потрясена глубиной предательства.

Тереза прочитала всё по её лицу.

— Подозреваю, полиция не много потеряет с его уходом.

Лайла постаралась выглядеть невозмутимой.

— Он делает паршивый чай и, судя по всему, принимает еще более паршивые решения.

— Ты можешь что-нибудь рассказать мне об Эллисон? — спросила Тереза. — Не для протокола, разумеется.

— Не знаю, смогу ли. Но я подумаю. — Лайле не хотелось этого признавать, но в их прошлом разговоре она почувствовала чью-то доброту. Честность. У неё было так мало друзей, и она отчаянно в них нуждалась. Но с другой стороны — если у тебя их нет, ты не можешь их потерять.

Прежде чем она успела что-то добавить, её окликнули с другого конца поляны. Бросив короткое «прощай» Терезе, Лайла поспешила прочь и нырнула в следственную палатку. Лайонел и Ребекка сидели на раскладных стульях и пили чай из костяного фарфора — сервиз Лайонел всегда таскал в своем потрепанном кожаном саквояже.

— В чайнике еще есть, если хочешь, Лайла, — сказал он.

— Я только что пила кофе, спасибо. Вы хотели меня видеть, шеф?

— Садись, Лайла. Постарайся расслабиться, — мягко сказала Ребекка. — Я прямо слышу, как у тебя мысли в голове шумят.

Лайла разложила стул и села.

— У Лайонела есть предварительные выводы, — продолжила Ребекка. Её голос был тихим. — Я хотела быть рядом, когда ты их услышишь.

— Звучит не обнадеживающе, — отозвалась Лайла. По рукам пробежала дрожь, колени начали мелко подрагивать.