Эшли представила, как бросается на него, застигает врасплох и толкает со ступенек. Как проскальзывает мимо его обмякшего тела на площадке и убегает.

Он остановился, не дойдя нескольких ступеней до конца первого пролета, и крикнул ей:

— Попробуешь сбежать или еще раз мне солжешь — и я тебя убью. Приятных снов.[4]

[1] Я очень прошу прощения за то, что не в полной мере последовала вашему заданию в первом черновике. Я решила относиться к этому как к заказу. Я — ваш автор-по-найму. Писака для взломщика. Надеюсь, этот вариант лучше соответствует вашим структурным замечаниям.

[2] Уверена, вы и так это знаете, но я назвала её Эшли как отсылку к Ашенпуттель — так братья Гримм называли Золушку. Я совмещаю её историю с «Синей Бородой», так что вы получаете две сказки по цене одной!

[3] Как вы думаете, я не слишком ухожу в образ байронического антигероя? Мне хочется остаться в рамках сказочной традиции, но при этом персонаж должен казаться реальным в этом мире. Очевидно, что вы — выдающийся автор (ваши чудесные стихи это доказывают, спасибо за последний, кстати!), так что я буду признательна за любые правки. Может, мы могли бы обсудить это через дверь? Как автор с автором?

[4] Я знаю, что не убила её, как вы просили, и обещаю, что я учитываю ваши замечания, но мне кажется, что лучше еще немного потянуть напряжение? Отсрочить неизбежное? Дать ей иллюзию свободы, чтобы она сама заперла себя в его клетке, как в «Синей Бороде»? Это моё чутье — иначе мы не будем достаточно за неё бояться. Впрочем, я абсолютно готова всё переделать. Просто хотелось показать вам мой лучший слог.

Глава 9. В лес — Часть первая

Тьма, когда Лайла вошла в лес, была такой же густой и уютной, как пуховое одеяло. Она знала, что должна быть начеку, ведь именно здесь пропала женщина, и всё же лесная глушь её успокаивала. Укрытая деревьями под колыбельную сов, она пожалела, что не взяла с собой палатку. Может, здесь она смогла бы уснуть: небо — вместо потолка, звезды — вместо лепнины, а мелкий дождь — белый шум для уставшего мозга.

Над её головой протянулся длинный «Пикси-мост» — бабушка рассказывала ей о таких местах, где ветви деревьев по обе стороны тропы переплетаются. Считалось, что это знаки перемирия между лесными фейри в их земельных спорах. Пространство под таким мостом считалось магическим, созданным для загадывания желаний. Но только маленьких. Пикси наказывали тех, кто просил слишком многого.

— Желаю проспать хотя бы пару часов, когда вернусь домой, — пробормотала Лайла. В ответ упал одинокий листок.

Она была в одноразовом костюме эксперта-криминалиста и с рюкзаком, полным необходимых вещей; любое животное — или похититель — услышало бы её шуршание по тропе, но Лайла скорее предпочла бы выдать себя, чем уничтожить улики. Ей до сих пор снились кошмары о том, как она проснулась, обнаружила исчезновение Эллисон и принялась лихорадочно сбрасывать с кровати одеяла и подушки, проверяя, не спряталась ли подруга. Возможно, тогда не было утеряно ни одной важной волосинки или частички ДНК, но она никогда не перестанет терзаться мыслью, что это всё-таки произошло.

Лайла присела у подножия дерева, где нашла туфельку. Раньше она успела только поднять её и упаковать, лишь мельком пройдясь фонариком по округе, прежде чем её увезли в участок. Здесь могли остаться другие ключи, оставленные намеренно или случайно. К счастью, дождь пока так и не начался. Может, Джимми с его «наполовину полным стаканом» был прав.

Методично водя лучом фонаря, она проверяла каждый квадратный метр вокруг дерева. Находя в основном мох да грибы, она уже собиралась двигаться дальше, когда за стволом луч выхватил края отпечатка ноги.

Примерно сорок шестой размер и, судя по форме и каблуку, скорее всего, ботинок. Никаких опознавательных знаков бренда. Но это уже что-то. Достав из сумки телефон и пластиковый контейнер, она сфотографировала след и соорудила над ним временное укрытие из перевернутой коробки.

Стоя на поляне, она открыла в телефоне показания свидетеля. Похититель наполовину нес, наполовину тащил молодую женщину между двумя деревьями. На одном из них была прибита табличка: «РАЗВЕДЕНИЕ КОСТРОВ И МАНГАЛОВ В ЗОНЕ ОТДЫХА ЗАПРЕЩЕНО». Судя по круглому выжженному пятну в центре «ведьминого круга», кто-то либо проигнорировал знак, либо фейри прожгли землю своими танцами.