— Я слышал, что произошло, — осторожно говорит он. — Мне жаль.

Я тихо фыркаю.

— Почему?

Мы замолкаем, пока бармен возвращается с его напитком. Дэрроу быстро выпивает и вытирает рот тыльной стороной ладони.

— Я знаю, каково это — ненавидеть своего отца, — шепчет он.

Общая судьба всех бастардов. Я смотрю на свой стакан, думая, станет ли мне лучше или хуже, если я допью его. Честно говоря, не знаю, что из этого я бы предпочла.

— Полагаю, знаешь, — говорю я, спрыгивая со стула и собираясь уйти.

Я скольжу взглядом по Дэрроу. Впервые с того момента, как он сел рядом, я по-настоящему его разглядываю. В бордовых бархатных штанах и пышной белой рубашке, расстёгнутой до самого пупка, он выглядит совершенно нелепо. На шее у него золотой медальон, а в ухе — серьга-кольцо.

— Ты выглядишь, как пират.

Он игриво шевелит бровями, и уголок его губ изгибается в кривой улыбке.

— Очень богатый пират, милая, — поправляет он.

Закатив глаза, я направляюсь к двери, но вдруг знакомое лицо преграждает мне путь.

Элис Дарби выглядит ещё хуже, чем раньше. Её налитые кровью глаза кажутся слишком большими на измождённом лице. На ней, похоже, та же одежда, что и прежде, только теперь на ней стало ещё больше пятен. Судя по запаху, исходящему от неё, она, возможно, так и не переодевалась. Её взгляд нервно мечется между мной и Дэрроу, пока она сжимает в руках лист бумаги.

— Вижу, ты воспользовалась моим советом.

Похоже, Делла наняла эту молодую смертную. Я собиралась предупредить её, что Элис может прийти, но со всем происходящим это вылетело у меня из головы.

— Да. — Миссис Дарби улыбается, но её улыбка не касается глаз. — Спасибо, миледи. Здесь ко мне хорошо относятся.

— Рада это слышать, — искренне говорю я, на мгновение переводя взгляд к двери. — Ты что-то хотела?

Она протягивает мне бумагу, жестом предлагая взять её.

— Мисс Делла сказала передать вам это.

Я осматриваю сложенный кремовый пергамент, не находя ни печати, ни адреса. Разрываю его и быстро пробегаю глазами по содержимому.

Я передумала.

Сегодня. 20:00. Нижний город.

Смертный мужчина, около тридцати пяти. Красный плащ. Светлые волосы.

— Д

 

Игнорируя мысли, вихрем проносящиеся в голове, я засовываю бумагу в карман и снова обращаю внимание на женщину передо мной. Элис смотрит на меня с ожиданием, её взгляд метается между моим ошейником и лицом.

— Спасибо. — Я киваю. — Передай Делле, что я займусь этим.

— Конечно. — Она приседает в реверансе и уходит.

Я провожаю её взглядом, пока она пробирается сквозь толпу, опустив голову, и исчезает в тёмном коридоре.

— Что это было? — спрашивает Дэрроу, подходя ко мне.

— Новое развитие событий. — Я достаю кошель и бросаю на стойку несколько медных монет, но, когда поворачиваюсь, чтобы уйти, Дэрроу хватает меня за запястье.

— Тебе стоит знать, что ты была права. — В уголках его рта появляются складки, будто ему физически трудно произнести эти слова. — Я солгал тебе, когда сказал, что у меня нет способа снять ошейник.

Кровь стынет в жилах, и я вырываю руку из его хватки.

— Почему ты говоришь мне это сейчас?

— Потому что я слышал объявление короля прошлой ночью. — Дэрроу опускает подбородок, и в его взгляде мелькает тень стыда. — И я сожалею о своей роли во всём, что с тобой случилось. — Он делает глубокий вдох, его глаза бегают по залу, прежде чем снова остановиться на мне, когда он понижает голос. — Альманова может снять твой ошейник.

Я хватаюсь за барную стойку, чтобы не упасть — ноги подкашиваются. Дэрроу продолжает говорить, но я почти не слышу его. Всё моё существо сжимается до одной единственной фразы.

Альманова может снять твой ошейник.

Слова гулко отдаются в голове, ударяются о череп, пока я пытаюсь их осмыслить. Неделями я подозревала, что меч связан с моим ошейником, но не позволяла себе по-настоящему в это поверить. Я не могла вынести тяжесть разочарования, если бы оказалась неправа.

— Но ты должна меня выслушать, Айверсон. — Дэрроу хватает меня за плечи, встряхивая, пока мой взгляд снова не фокусируется на нём. — Это не так просто. Я знаю, как много для тебя значит свобода, но за неё придётся заплатить.

— Я заплачу, — бормочу я, отталкивая его и заставляя себя идти к двери.

Он следует за мной, его голос становится тихим и настойчивым.

— Если ты коснёшься этого меча, ты просто сменишь одного хозяина на другого.

Я продолжаю идти, игнорируя его предупреждение. Так или иначе, я избавлюсь от этого ошейника.

Сегодня.

 

Глава 29.

Мои ноги бесшумно скользят по разбитой мостовой Нижнего города. В воздухе сегодня висит зловещая энергия. Улицы почти пусты, что необычно для обычно шумного Пристанского района. Я заметила, как несколько заведений закрылись раньше обычного.