— В порядке, — заверила я, не пытаясь при этом произнести это с той же уверенностью, с какой чувствовала.

— Пожалуйста. Я бы забралась туда, но я слишком низкая, чтобы дотянуться. Ты выше меня сантиметров на десять.

Я снова сделала грустные глаза, издавая очередной чих, и Нэш резкими движениями двинулся к мусорному контейнеру и взобрался на него, держась одной рукой за сломанные задние ворота дома.

— Клянусь Богом, если этот чертов кот поцарапает меня…

Но бедный кот ничего не делал, а лишь смотрел прямо на Нэша с приподнятым хохолком шерсти на спине, торчащим вверх. С этого ракурса я поняла, что шерсть кота не была серой, как я сначала подумала. Малыш был полностью белым, вот только он был настолько грязным, с сальными разводами жира, грязи или чего-то еще, размазанными по всей шерсти, что издалека казался серым.

— Полегче, — сказал ему Нэш, наклоняясь ближе и протягивая руку.

Он стоял близко к краю мусорного контейнера, слегка покачиваясь на ногах, и я испугалась, представив себе сценарий падения Нэша и перелома костей, что было бы полностью на моей совести.

— Будь осторожен, Нэш! — воскликнула я, что было глупостью, потому что это заставило его дернуться, а кота, в свою очередь, зарычать — низким, предупреждающим рыком, который становился все громче и грознее, по мере приближения Нэша.

— Нэш? Убедись, что ты не…

— Может, помолчишь, женщина?! Ты его спугнешь!

Оказалось, что тощий кот не хотел быть спасенным. Нэш поймал его за загривок, и глупое животное шипело на него и исступленно царапалось. Когда Нэш отпустил его, «малыш» без посторонней помощи спрыгнул с ветки и вернулся обратно на дорожку, где развернулся и для убедительности еще раз шикнул на нас обоих, после чего умчался.

— Просто невероятно, — сказал Нэш себе под нос, отодвигаясь от дерева и ворот и осторожно ступая по мусорному контейнеру, прежде чем спрыгнуть на тротуар.

— Ты довольна?

— Я.… — начала говорить я, но тут на меня вновь напал внезапный приступ чихания, и Нэш оттащил меня от смердящего мусорного бака и повел обратно в переулок.

— Чертов кот, — пробормотала я, внезапно погрустневшая, промокшая и готовая вот-вот разрыдаться.

Нэш, должно быть, услышал дрожь в моем голосе, потому что попытался натянуть мою тонкую куртку мне на голову, но у него это плохо получилось. Мы направились обратно к входу в здание, но, когда дошли до коробок, которые я уронила, я остановилась, наклонившись, чтобы зачерпнуть немного кашицы из капкейков.

— Какими бы замечательными они ни были, ты их уже не спасешь.

— Они были отличными. Это была моя первая попытка приготовить «ирландские автомобильные бомбы45». Я снова чихнула, и Нэш вытер с моей руки остатки кекса.

— Пойдем, пока ты не заработала пневмонию.

Я послушалась, следуя за ним по улице, не оглядываясь ни на кексы, ни на сбежавшего кота.

— Теперь, я злюсь на то, что ты не испекла их для меня.

Глава 5

Уиллоу

— Как ты думаешь, во сколько вернется Микки?

— Сегодня вечер бинго, помнишь? В ночь бинго он даже на телефон не отвечает, если только не выигрывает, а он никогда не выигрывает.

Квартира Нэша нравилась мне почти так же, как и моя собственная, а это говорило о многом, потому что я была совершенно влюблена в свою квартиру. Я все еще не могла поверить в свою удачу, что одному из давних университетских приятелей моей мамы понадобился кто-то, чтобы занять его квартиру, когда он решил переехать в Нью-Гэмпшир. Квартира в аренду в Бруклине? Да, черт возьми. Я никогда не съеду, если только меня не заставят. Подозреваю, что Нэш тоже не собирается, и, учитывая, как чисто и уютно он обустроил свою квартиру, я его хорошо понимала.

Я понятия не имела, кто был изображен на некоторых плакатах на стенах в его квартире. Кроме Геймана, конечно. Все знают Геймана, и я полагаю, что Эйнштейна и Диззи я тоже узнала. Я не переживала по поводу того, что другие личности были мне незнакомы. Казалось, что я попала в какой-то постмодернистский высокотехнологичный мир, который так и просился, чтобы его исследовали.