Я вывернула на дорогу к родительскому дому Кристиана, в нем было две маленьких спальни, и он был выполнен в стиле ранчо. Я проехала вниз, чтобы зайти через подвал. Кристиану сейчас двадцать два года, он не пошел в колледж, поскольку предпочел работать в местном магазине серфинга, и все еще живет с родителями в их подвале. Меня это не беспокоило пока что. Но скоро ему стукнет двадцать три и его отсутствие амбиций начинает меня грызть.

Он копит деньги и ждет, пока я закончу учебу, напомнила я себе. Чтобы мы смогли пожениться и жить вместе.

— Детка, это ты? — Послышался голос из гаража. Кристиан узнавал звук моего драндулета за полквартала. Я хлопнула дверцей и, проклиная свой чертов автомобиль, поспешила к своему парню. Его усилитель тихо гудел, и я поняла, что он репетировал новую песню, над которой он и его группа, MindBlown1, работали последний месяц.

У них было эклектичное звучание — смесь современного рока и олдскульного кантри. Кроме Кристиана в группе состояло ещё трое его школьных друзей, ни с одним из них я не ладила. Но группа значила для него все, и я держала рот на замке. В основном они выступали на небольших концертах в городе и уже изменили свое название, по крайней мере, три раза с момента своего зарождения. Сейчас они «Взрыв разума». Начинали под названием «В дыму», затем сменили на «Грязные мальчики Дикси», и даже называли себя «Рыба Дика». Я была очень рада, что последнее название не прижилось.

— Да, это я, — ответила я и зашла в гараж, увидев двух его друзей, развалившихся на дряхлых диванах, которые они нашли на гаражных распродажах. Электрогитара Кристиана была перекинута через его плечо, а карандаш торчал за ухом. Это говорило о том, что парень пытался писать новую песню. — Я так хотела поскорее к тебе приехать. Ты не представляешь, какой сегодня получился ужасный первый рабочий день. Я уверена, что они собираются меня уволить.

Сегодня на нем были надеты любимые потертые джинсы с низкой посадкой и белая футболка. Неважно сколько мы не виделись, я всегда не могла оторвать глаз от его сексуального тела. Невозможно всегда так хорошо выглядеть. Серьезно. Он повернулся ко мне телом, но глаза все ещё удерживали ноты перед глазами.

— О, я уверен, что ты справилась отлично. Джиллиан, ты же лучшая во всем. Послушай, мы сегодня придумали новую мелодию для припева. — Он взял несколько аккордов, лишив меня возможности ещё что-то произнести.

Я села на подлокотник дивана, который располагался между холодильником с бутылками пива и барабанщиком, от которого несло марихуаной. Он сидел с закрытыми глазами, пока у него звучала музыка в голове, и отстукивал ритм по моему колену своей палочкой. Я смотрела и слушала, стараясь думать оптимистично, но сегодня это было бесполезно. Мое настроение было на нуле. Даже любование Кристианом не спасало. Его черные волосы доходили до подбородка и слегка растрепались, а бледно-серые глаза подмигивали мне. Я вздыхала и думала, как мне повезло, что такой удивительный парень заинтересовался мной. Сейчас, правда, он, казалось, больше интересовался своей музыкой.

Спустя час я все же не выдержала и пошла в дом поздороваться с матерью Кристиана. Я не удивлюсь, если он сам и его друзья даже не заметили, как я ушла. Они были полностью поглощены написанием своей музыки.

Мама Кристиана была милой женщиной и мне доставляло удовольствие проводить с ней время. Она называла меня своей дочкой, которой у нее никогда не было, и говорила мне эти слова довольно-таки часто. Она давала нам с Кристианом много свободы сейчас, когда мы закончили старшую школу, слова не скажет, если увидит мою машину на подъездной дорожке посреди ночи или если нас всю ночь нет.

— Здравствуйте, миссис Киркпатрик! — Я поприветствовала женщину, которая была на кухне и делала мясной рулет.

— О, Джиллиан, дорогая. Я не знала, что ты придешь сегодня. Рада тебя видеть. Останешься на ужин? — Она наклонилась и осторожно поцеловала меня в щечку, чтобы не запачкать.

— Нет, спасибо. Я заскочила на несколько минут, хотела увидеться с Кристианом. Но он снова сочиняет песню. — Я схватила печенье «Oreo» и села возле нее, смотря, как она разбивает яйца и смешивает с мясом.

— Ох, он даже не заметил, что ты ушла, не так ли?

Я вздохнула.

— Думаю, да. Вы же знаете, как он погружается в музыку.

Миссис Киркпатрик закатила глаза.

— Этот парень сводит меня с ума, я не понимаю, как ты с этим миришься. Ему двадцать два года, он еще ни разу нигде не был, и при этом думает, что еще добьется успеха с этой музыкой. Этот мальчик выжимает из меня все соки. А после того, как его брат… — она замолчала. Спустя мгновение, она, вернувшись от своих мыслей, продолжила. — Я боялась, что он будет таким же. Я благодарю каждый день Бога, что он встретил тебя. Ты — это единственное, за что он держится.

— Я знаю, что он любит меня. Он действительно старается стать выдающейся личностью, и я знаю, что он может быть таким. — Я улыбнулась, потянувшись за второй порцией печенья, и налила себе маленький стаканчик молока.