— О, вряд ли. — Тон Крипта становится мрачным, его отметины зловеще светятся. — Наш прелестный Каратель, похоже, думает, что ты намеренно ввел ее в заблуждение, что вызвало у меня довольно мучительные воспоминания. Так что тебе лучше молиться аду, или гедонизму, или чему там еще, во что верят демоны, чтобы у тебя была полезная информация, которую ты мог бы ей предложить. Если нет, я выслежу тебя, сведу с ума, вырву тебе рога и засуну их в твой вялый маленький член.

Я ухмыляюсь угрозе, сквозящей в тоне моего партнера, и потому, что не могу не находить забавным встревоженное выражение лица Эверетта.

Мелхом громко сглатывает. — Пылающие шарики дерьма. Это… ты! Никогда не думал, что буду разговаривать сПринцем Кошмаров. Ты теперь работаешь сТелумом, да? Послушай, я твойбооольшой фанат, но ты должен быть более конкретным в том, чего вы от меня хотите.

— Есть неуловимый торговец на черном рынке с запасом эфириума, — спокойно говорю я. — Расскажи мне все, что тебе о нем известно.

Голос Мелхома звучит так, будто он курит. — А, что это тут у нас такое?Телумхочет божественные камни? Странно. Но знаешь, если бы моя подружка-шлюха услышала это, она бы пришла в полный восторг. Видишь ли, она купилась на все эти нелепые слухи, которые ходили по сообществу демонов много лет назад…

Он впустую тратит время. Когда я замечаю измученного Сайласа и уставшего Бэйлфайра, идущих к нам сквозь деревья, обходя стороной трупы и массивные осколки льда, которые, должно быть, остались после Эверетта, я решаю ускорить события.

— Invoco te Мелхом, filium tenebrarum, filium gehennae, —произношу я на языке Нэтэре.

Это самое начало демонического ритуала, который я видела бесчисленное количество раз в молодости, когда его проводили некроманты. Мелхом, должно быть, не хочет отдать мне частичку своей темной души в обмен на то, чтобы быть прикованным ко мне навечно, потому что он издает полный ужаса, нечеловеческий визгливый крик.

— Нет! Прекрати! Прекрати это прямо сейчас. Дилера, которого ты хочешь, зовут Скарабей, и это все, что я, блядь, знаю! Ясно? Вот и все!

Сайлас и Бэйлфайр наконец останавливаются рядом с нами, и я с облегчением вижу, что Бэйл исцелился. Но как будто боги хотят посмотреть, сколько они могут обрушить на меня за один раз, раздаются отдаленные завывания.

Еще больше адских гончих. Охуенно.

— Ну? — Требует Мелхом, все еще раздраженный тем, что я почти вызвала его сущность. — Я же сказал тебе: Скарабей. Все, что я знаю, это его гребаное имя, клянусь. И если ты снова попытаешься напугать меня до чертиков…

— Не угрожай моей паре, — огрызается Бэйл.

Мелхом делает паузу. — Эй, погоди.Пара? Подожди секунду, мать твою.Телум, только не говори мне, что у тебя… естьпары? —Он разражается безудержным смехом. — Так вот почему Принц Кошмаров тоже с тобой? Черт возьми! Нравится тебе это или нет, но у богов чертовски дикое чувство юмора, да? Эй, знаешь, ты жутковатая мелкая стерва, но ты вроде как секси, так что, если хочешь пополнить свой букет членов, мой не так уж плох…

Я вешаю трубку до того, как четыре крайне разъяренных парня, окружающие меня, разорвут мой одноразовый телефон пополам. Приближаются новые охотники за головами, а все, что я вытянула из Мелхома, — это дурацкое имя, так что нам пора двигаться дальше.

За исключением того, что рубиновые радужки Сайласа заманивают меня в ловушку. — Этот демон сказал, что твоего дилера зовут Скарабей?

Я киваю.

Я практически вижу, как мысли выстраиваются в линию в его голове, когда он бормочет себе под нос. — Символ жизненного цикла. Возрождение. Умно, и если это правда, я всегда подозревал…

— Если ты что-то знаешь, выкладывай, — огрызается Эверетт, раздраженный разговором с демоном.

На этот раз вой раздается пугающе близко от нас, но все, что нужно сделать моему ледяному элементалю, это посмотреть в том направлении, и мимо нас проносится острая струя льда. Громкий треск эхом разносится по лесу, прежде чем вой переходит в испуганный лай. Охотники за головами тревожно кричат, а затем все это разом смолкает, снова оставляя лес в зловещей тишине.

Мы все смотрим на Эверетта.

— Они пересекали замерзшее озеро, которое я заметил вчера. Так легче замораживать дерьмо, — бормочет он.

Впечатляет.

И снова, гораздо более лаконично, чем обычно.

Сайлас оглядывается на меня с напряженным выражением лица. — Скарабей — это… — Его губы шевелятся, но голос прерывается, и он фыркает. — Я знаю, кого мы ищем и где его найти. Я могу сотворить заклинание перемещения, но мне нужно будет покормиться…

Прежде чем он заканчивает говорить, я убираю Пирса в ножны и делаю шаг вперед, убирая волосы с одной стороны шеи.

— Пей.

— Нет, — вмешивается Эверетт, становясь передо мной. — Она и так потеряла достаточно крови. Выпей из кого-нибудь другого.

Я начинаю спорить, что он мог бы буквально выпитьвсю мою кровь, и рано или поздно я все равно бы прекрасно проснулась, но Крипт протягивает ему запястье.

— А теперь быстро, Крейн. Пока не спустились другие назойливые псы.

Сайлас корчит гримасу, но, будучи прагматичным фейри, кусает инкуба за запястье. Крипт даже не вздрагивает.