Я хочу проверить своих связанных, но сначала мне нужно убедиться, что у них не случиться синхронизированной аневризмы, из-за моей снова пронзенной груди.

Выдергивая благословенный костяной клинок из своей груди, я смотрю, как он рассыпается в прах. В этом особенность благословенного костяного оружия — оно годится только для одного применения. Морщась от того, что мое зрение затуманивается, я использую жизненную силу адского пса для частичного исцеляющего заклинания, чтобы избавиться от самых серьезных повреждений в моей груди.

К тому времени, когда появляется забрызганный кровью Крипт и заключает меня в свои объятия, я уже не на грани обморока от потери крови. Мгновение спустя Эверетт оказывается рядом со мной. Я проверяю их обоих на наличие травм, но, если не считать укуса адской гончей, который уже почти полностью зажил на одной из рук Крипта, с ними все в порядке.

— Где вы с Бэйлфайром?— Я мысленно спрашиваю Сайласа.

— Недалеко. В него выстрелили специфичным для оборотней транквилизатором, который не дает ему исцелиться, но я это исправлю.

Я сжимаю зубы от осознания того, что Бэйлфайру больно, но Эверетт осторожно приподнимает край моей толстовки и ругается.

— У тебя в животе чертовыпули, — кипит он.

Я опускаю взгляд и вытаскиваю одну, отбрасывая окровавленный металл. У меня кружится голова, так как я потеряла больше крови, чем ожидала, но я игнорирую это, как меня учили, точно так же, как я игнорирую затяжные волны боли в животе и груди.

— Они не задели ничего особо важного. Сейчас главное то, что это была слишком маленькая группа охотников за головами для той угрозы, которую мы представляем. Другие, вероятно, скоро прибудут.

— Мне нужно, чтобы ты перенес нас отсюда,— говорю я Сайласу телепатически.

— У тебя заканчиваются жизненные силы, чтобы сражаться, мой злобный ревенант?— спрашивает он, поддразнивая.

— Вообще-то, да. Я не хочу рисковать, погружаясь в жизненную силу Сомнуса, пока мы не найдем эфириум.

— В таком случае я, конечно, могу.

Он внезапно замолкает.

Я напрягаюсь. —Сайлас?

Его голос напряжен, даже телепатически. —Боги небесные, я никогда не привыкну видеть, как пожинают души. Мне еще предстоит увидеть лицо богини-смерти, но я с ужасом жду того дня, когда наконец увижу.

Тем временем яростный взгляд Крипта падает на Дугласа, который все еще лежит без сознания на снегу. — Может, возьмем голову этого типа в качестве трофея, прежде чем уйдем, любимая? Это меньшее, чем он может отплатить за причиненный тебе вред.

Я качаю головой, пока Эверетт осторожно извлекает из моего бока еще одну пулю. Он так взбешен моими травмами, что дрожит, но, к его чести, на его руках нет инея. Хотя, на самом деле, единственный иней растекается там, где он нежно касается пальцами, умело запечатывая мои раны холодом, который каким-то образом успокаивает боль до онемения.

Я никогда не видела, чтобы его способности были такими точными.

Интересно.

— Дуглас пока может жить, — говорю я Крипту. — Он интересный противник. Кроме того, теперь он думает, что яне ревенант, о чем он сообщит «Совету Наследия». Чем больше они запутаются, тем лучше для нас.

Жужжание в одном из карманов пугает меня, и я вожусь с телефоном, прежде чем, наконец, ответить на чертов звонок. Прежде чем я успеваю что-либо сказать, на линии раздается знакомый голос.

— Сорок восемь гребаных звонков? Ты издеваешься надо мной? Ладно, абонент-сталкер. Тебе лучше быть действительно горячей сучкой с огромными сиськами и яростным демоническим нравом, потому что, если я узнаю, что ты просто гребаный спамер, пытающийся рассказать мне о продлении гарантии на мою машину, я собираюсь…

— Дай угадаю. Оторвать мне голову? — Холодно спрашиваю я.

Мелхом замолкает. Тем временем Эверетт отводит телефон от уха, чтобы нажать кнопку. В следующий раз, когда демон заговорил, он заговорил намного громче, так что они оба услышали легкую дрожь в голосе Мелхома.

— О! Я… это ты. Я, эм… думал, ты сказала, что я тебе больше не понадоблюсь,Телум.— Он нервно хихикает. — Послушай, детка, насчет всей этой истории с подменышами — клянусь своим хвостом, я понятия не имел, что эти Ремиттенты собираются отправить его в Эвербаунд, чтобы разрушить твои планы. Я бы никогда не продал ему ни крупинки порошка из корня паслена, если бы знал…

— Ты дерьмовый лжец, Мелхом.

Эверетт недовольно ворчит, услышав запретное имя демона. Крипт наклоняется вперед, чтобы говорить в трубку более внятно.

— Мелхом, не так ли?

Демон шипит. — Кто это, черт возьми, такой? Хватит уже, блядь, разбрасываться сраным адскими именами…