Влечение вернулось, и оно в миллион раз мощнее, чем до нападения. Каждый раз, когда я касаюсь ее, мне приходится концентрироваться, чтобы не сжать руку слишком сильно. Когда я целую ее, мне требуется вся сила воли, чтобы не поддаться желанию буквально поглотить ее. Эти «легкие и нежные» нежности убивают меня, но я не отступлю, пока Мила не будет готова.

МИЛА

Мне кажется, я теряю связь с реальностью. Из-за того, что все взгляды прикованы ко мне, узел в груди затягивается с каждым днем всё туже. Впрочем, притворяться становится легче, и это работает — мои друзья вернулись к своим обычным делам.

Даже Джейс снова стал прежним. Ну, почти.

Вместо того чтобы целовать меня в лоб, он теперь целует меня в губы, и я не знаю, как к этому относиться. Не хочу накручивать себя, но каждый раз задаюсь вопросом: не делает ли он это из жалости? Я не хочу, чтобы Джейс меня жалел.

А остальная «Тринити»? Они продолжают пялиться и шептаться. Прошла неделя, а у них до сих пор не появилось новой темы для сплетен. Это изматывает. А еще Джессика с ее вечными взглядами и всезнающей ухмылкой на глупом лице.

Я вздыхаю, сидя рядом с Джейсом в машине. Мы едем в головной офис «CRC Holdings» на встречу с мистером Катлером, отцом Ханы. Он ведет дело против Джастина и должен меня опросить. От этой мысли узел в груди сжимается еще сильнее.

Там будут мама и папа. Во время их ежедневных звонков я чувствовала их тревогу и всё это время избегала встреч. Надеюсь, сегодня мне удастся убедить их, что я полностью поправилась.

Джейс паркует машину на VIP-стоянке. Я выхожу и обхожу автомобиль. Он берет меня за руку, и я впитываю ощущение его сильных пальцев. Боже, как мне будет этого не хватать. Его голос действует на меня магически, он единственный способен прогнать мой страх. Две недели назад я была полна решимости отдалиться от него, а теперь он для меня — всё. Будет так больно отпускать его, когда он решит вернуться к своему образу жизни плейбоя.

Мы поднимаемся на лифте на верхний этаж. Когда двери открываются, секретарь за стойкой приветствует нас.

— Мистер Рейес, мисс Уэст, мистер Катлер ждет вас в главном зале заседаний.

Джейс кивает ей. Он ведет меня по стильному коридору в комнату с огромным столом из красного дерева.

Мой отец тут же вскакивает со своего места рядом с мистером Катлером и быстро идет ко мне.

— Моя красавица, — он любяще улыбается, заключая меня в объятия.

Сердце начинает биться быстрее, но, натренировавшись за эти дни, я не даю тревоге прорваться наружу и обнимаю отца в ответ.

— Я скучала, — шепчу я ему в плечо.

Когда он отстраняется и держит меня за плечи, чтобы осмотреть, я улыбаюсь еще шире. Я вижу, как беспокойство исчезает из его глаз. Поняв, что одного родителя я убедила, я поворачиваюсь к маме и крепко обнимаю ее. Внутри всё сжимается, но я заставляю себя вести себя как обычно.

— Привет, мамуля, — шепчу я.

Она слегка отстраняется и, приложив руку к моей левой щеке, целует меня в правую.

— Как ты себя чувствуешь?

— Отлично, — вру я. — Я уже догнала всю учебную программу.

Мама бросает взгляд на Джейса, и он подтверждает.

— Миле гораздо лучше.

Я здороваюсь с мистером Катлером, пока Джейс общается с моими родителями, и мы садимся. Я оказываюсь между мамой и Джейсом, а папа и мистер Катлер сидят напротив.

Мистер Катлер указывает на камеру на столе.

— Ты не против, если мы запишем эту встречу, Мила?

— Нет, сэр. — Я поправляю одежду, пока он нажимает кнопку записи.

— Назови свое полное имя для камеры, пожалуйста.

— Мила Уэст. — Я облизываю пересохшие губы.

Мистер Катлер ободряюще улыбается. У него такой же спокойный характер, как у Ханы, и это немного меня успокаивает.

— Расскажи своими словами, что произошло в ночь на 25 сентября?

Сделав глубокий вдох, я расправляю плечи и сцепляю руки под столом, стараясь максимально отгородиться от собственных воспоминаний. Я прочищаю горло и монотонно, как робот, пересказываю события той ночи. Закончив, я медленно выдыхаю.

Мистер Катлер заглядывает в бумаги.

— Ты употребляла алкоголь в ту ночь?

Черт.

Я бросаю взгляд на отца и киваю.

— Я выпила один коктейль. Я не знала, что в нем был алкоголь, пока не попробовала. — Чувствуя необходимость объясниться, добавляю: — Это был напиток одного знакомого.

— Ты принимала какие-либо наркотические вещества?

Я качаю головой. Когда наши взгляды встречаются, твердо отвечаю: — Нет, не принимала.

Вопросы продолжаются, и мне становится всё труднее дистанцироваться от этого кошмара. Я тянусь к бутылке воды, делаю глоток, приказывая своему сердцу не дрогнуть. Мне просто нужно продержаться сегодня, чтобы никто не догадался, что всё это — лишь игра.

Ты сможешь, Мила. Ради Джейса и семьи.

ДЖЕЙС