Так, успокойся. Подумай.

Ария не знает о моих чувствах. Могу ли я притворяться, что не влюбляюсь в нее? Может, мне повезет, и она тоже начнет чувствовать что-то большее, чем дружбу?

Понимая, что пора возвращаться, я делаю пару глубоких вдохов.

Ты справишься.

Господи, а справлюсь ли?

Давай, Форест. Соберись. Ария — твоя лучшая подруга и потрясающая женщина. Неудивительно, что ты в нее втюрился. Она идеально тебе подходит.

Я делаю еще один вдох и расправляю плечи.

Ладно, будь что будет. Не буду паниковать... пока что. С долей везения Ария ответит мне взаимностью. Сейчас мой шанс показать ей, что я именно тот парень, которого она всегда искала.

Уголок моего рта приподнимается, паника отступает. Почувствовав уверенность в том, что у меня есть все шансы сделать Арию своей, я выхожу из уборной.

Я сканирую толпу студентов, пока не нахожу Арию. С ней разговаривают двое парней, и она оглядывается, пока ее взгляд не встречается с моим. Я вижу на ее лице отчаянное желание избавиться от них. Подойдя прямо к ней, я кладу руку ей на затылок и накрываю ее губы своими.

Ария не колеблется ни секунды: она вскидывает руки и вцепляется в мои плечи.

Я проникаю языком в жар ее рта и целую ее так, будто она действительно моя. Сердце колотится в груди, а по венам разливается неудержимая жажда большего. Я обхватываю ее за талию другой рукой и притягиваю вплотную к себе.

Ее дыхание обжигает мой рот, ее руки исчезают в моих волосах.

Боже, моя душа буквально стонет от облегчения. Неужели в этом причина того, что я не интересовался девушками с тех пор, как уехала Кеннеди? Неужели это всегда была Ария, и ни одна девчонка в школе просто не шла с ней в сравнение?

Поцелуй выходит собственническим, напряженным и полным желания заявить на нее права.

Ее тело дрожит в моих руках, и у нее вырывается грешный стон. От этого звука у меня по коже пробегают мурашки.

Я изо всех сил стараюсь обуздать эмоции, и когда разрываю поцелуй, мы оба тяжело дышим. Ария открывает глаза, и они выглядят затуманенными. Щеки ее раскраснелись, и я едва сдерживаюсь, чтобы не притянуть ее обратно и не целовать до полного изнеможения. Но понимая, что это будет не самым мудрым поступком, я отпускаю ее.

Она прочищает горло и нервным жестом заправляет прядь за ухо: — Эм... вау?

«Вау» — это, черт возьми, слабо сказано.

Я оглядываюсь и замечаю, что парни ушли. Мой голос звучит низко и хрипло: — Похоже, тебе нужна была помощь.

— А... да.

— Привет, ребят, — говорит Карла, подходя к нам и неосознанно спасая от неловкой паузы.

— Тебе весело? — спрашивает ее Ария.

— Вполне. — Взгляд Карлы приковывается к Ноа, который как раз выбирается из бассейна. — О, глядите, что притащила кошка.

Глаза Ноа скользят по Карле, и, наклонив голову, он спрашивает: — Тебе что, выдали только половину карманных денег в этом месяце, и поэтому ты не смогла позволить себе вторую половину купальника?

Карла опасно сужает глаза, и на мгновение я пугаюсь, но затем она просто качает головой: — Ты грустный, странный маленький человек, и мне тебя жаль, — она идеально пародирует Базза Лайтера из «Истории игрушек».

Ноа делает шаг к ней и произносит низким голосом: — Тебе не кажется, что пора повзрослеть, девочка? Ты теперь в мире взрослых.

— Боже, дай мне сил, — шипит Карла, явно теряя самообладание.

Я выступаю вперед и хватаю ее за руку. Оттаскивая кузину назад, я встречаюсь взглядом с Ноа.

— Хватит.

Он вскидывает руки и, бросив на Карлу последний взгляд, разворачивается и уходит.

— Просто игнорируй его, раз он тебя так бесит, — резко бросаю я Карле. Я злюсь и из-за того, что она спровоцировала Ноа, и из-за того, что сам не понимаю, что творится между мной и Арией.

— Я ухожу в апартаменты, — бормочет она, вырывая руку.

— Но еще же рано, — вклинивается Ария, явно не готовая заканчивать вечер.

— Оставайтесь, ребят. Я просто приму душ и завалюсь в кровать. — Она ободряюще улыбается нам. — Хорошего вечера.

Мы провожаем ее взглядом, затем Ария поворачивается ко мне: — Да уж, это было напряженно.

Она про поцелуй или про стычку Ноа и Карлы?

— Да, надеюсь, они скоро помирятся, иначе нас всех ждет та еще веселая поездочка.

АРИЯ

Я пытаюсь вести себя нормально рядом с Форестом, но, черт возьми, после того последнего поцелуя я чувствую... Боже, я сама не знаю, что я чувствую.

Поцелуй был таким, о котором я всегда мечтала. От него подкашивались ноги, по спине бежали мурашки, он был... собственническим.

Я смотрю на Фореста. Мы стоим рядом с группой первокурсников. Я не помню ни одного их имени, потому что на сто процентов сосредоточена на Форесте.

На том, как уголок его рта приподнимается в горячей ухмылке.

На его сильной руке, сжимающей бутылку воды.

На том, как движется его кадык, когда он делает глоток.