Она смотрела на Эндрю так, словно видела его насквозь — и то, что увидела, ей не понравилось.

— Мистер Коллинз, — произнесла она ровно, и голос был холодным — вежливым, но без капли тепла. — Какая неожиданность.

Эндрю улыбнулся широко и обаятельно.

— Миссис О'Коннор! Доброе утро. — Он отпустил меня и шагнул вперёд, протягивая руку. — Надеюсь, вы не против моего визита? Я хотел лично обсудить с вами детали свадьбы.

Дейрдре посмотрела на протянутую руку — долго, оценивающе — потом пожала её.

Коротко и формально.

— Свадьбы, — повторила она, и в слове прозвучало что-то странное. Почти насмешливое. — Конечно. Проходите.

Она отступила, пропуская нас внутрь, и её взгляд скользнул ко мне.

На долю секунды.

Но я успела увидеть вопрос в её глазах.

Ты хочешь этого?

Я отвела взгляд.

***

Внутри было тепло — почти жарко после холодного утреннего воздуха.

В камине потрескивал огонь, отбрасывая пляшущие тени на стены. Гобелены колыхались от сквозняка, изображения оленей и волков словно оживали в мерцающем свете. На каминной полке стояли резные фигурки — деревянные, костяные, каменные.

Пахло травами: мятой, лавандой, чем-то пряным и терпким.

Эндрю замер на пороге гостиной.

Я видела, как его глаза загорелись — тот самый взгляд коллекционера, охотника за редкостями.

— Невероятно, — выдохнул он, подходя к ближайшему гобелену. — Это... кельтская работа. Пятнадцатый век, не позже. — Пальцы скользнули по краю ткани, почти благоговейно. — Ткань ручного плетения, натуральные красители. Безупречная сохранность. — Он обернулся к Дейрдре, и лицо сияло восторгом. — Миссис О'Коннор, вы понимаете, какую ценность представляет эта коллекция? Каждый из этих гобеленов на Christie's ушёл бы минимум за полмиллиона фунтов.

Дейрдре медленно опустилась в кресло у камина.

— Они бесценны, мистер Коллинз, — ответила она холодно. — Потому что не продаются.

— Конечно, конечно! — Эндрю поднял руки в примирительном жесте. — Я не имел в виду... просто восхищаюсь. — Он подошёл ближе, присел на край дивана. — Вы хранительница истории. Это редкость в наши дни, когда всё измеряют деньгами.

Пауза.

Он улыбнулся мягко и обезоруживающе.

— Хотя должен признать, я привык оценивать прошлое в более... материальных терминах. Профессиональная деформация. — Смех прозвучал легко и обаятельно.

Дейрдре не улыбалась.

Она смотрела на него долго, молча, и в её взгляде было что-то древнее и тяжёлое.

— Всё продаётся, значит? — произнесла она тихо. — Даже душа?

Повисла тишина.

Неловкая.

Напряжённая.

Эндрю нахмурился — едва заметно — но быстро взял себя в руки.

— Душа — это метафора, миссис О'Коннор, — ответил он мягко, дипломатично. — В реальном мире мы имеем дело с вещами более... осязаемыми. — Он повернулся ко мне, и его рука потянулась, взяла мою ладонь. — Любовь, например. Любовь — это не товар. Это обязательство, партнёрство, уважение.

Он сжал мою руку.

— Мейв и я понимаем друг друга. У нас общие цели, общие ценности. Мы строим будущее вместе.

Правильные слова.

Красивые слова.

Но они звучали как презентация бизнес-проекта.

Дейрдре наклонила голову, изучая его.

— Будущее, — повторила она задумчиво. — Интересно. А что насчёт настоящего, мистер Коллинз? — Пауза. — Вы счастливы? Сейчас, в эту секунду?

Эндрю моргнул — явно не ожидая вопроса.

— Я... конечно…. Счастлив. — Он сжал мою руку сильнее, повернулся ко мне. — Мы счастливы. Правда, любимая?

Горло сжалось.

Я открыла рот, чтобы ответить — автоматически, как всегда, — но слова застряли.

Я счастлива?

Вопрос эхом отозвался в голове.

Когда я в последний раз была счастлива?

По-настоящему?

Не удовлетворена. Не довольна результатом.

А счастлива?

Образ промелькнул в памяти — яркий и болезненный.

Костёр. Музыка. Медные волосы, рассыпающиеся по плечам. Глаза цвета осеннего мёда.

Руки, обжигающие мою кожу.

Голос у самого уха: «Ты великолепна».

И ощущение — дикое, первобытное, невыносимо живое, — будто я наконец проснулась после долгих лет сна.

Вот тогда.

Тогда я была счастлива.

Желудок свело судорогой.

— Мейв? — Голос Эндрю стал тише, обеспокоеннее. — Любимая, ты в порядке?

Я моргнула, возвращаясь в реальность.

— Да. — Голос прозвучал хрипло. — Да, конечно. Просто... устала.

Дейрдре поднялась из кресла.

— Тогда тебе нужен отдых. — Она подошла к буфету, достала поднос с чайником и чашками. — Я приготовила травяной чай. Он поможет.

Эндрю тут же вскочил.

— О, не беспокойтесь, миссис О'Коннор, я сам... — Он перехватил поднос из её рук, улыбаясь. — Позвольте мне позаботиться о Мейв. Вы уже столько сделали.

Он поставил поднос на столик, налил чай в чашку — аккуратно, заботливо — и протянул мне.