– Иди, – улыбнулась я. – Я не пропаду.

Он поцеловал меня в щеку и пошел под руку с Бланш к беседке в дальнем конце сада.

Я перевела растерянный взгляд на гостей. Адриана и Адель за столом уже не было. На танцполе их тоже не оказалось. Зато я увидела Селин – кузину Адель – единственную девушку из окружения невесты Адриана, с которой действительно было приятно общаться. Селин приветливо помахала мне рукой, и я решила провести время с ней, пока Марка нет рядом. Но не успела сделать и пары шагов, как меня перехватила Камилла.

Мать Адриана взяла меня под руку с такой силой, что ее ногти впились мне в кожу.

– Прогуляемся? – сказала она с натянутой улыбкой.

Камилла потянула меня в сторону – подальше от основной массы гостей, в укромный уголок у стены дома.

– Не уверена, что у меня есть выбор, когда вы меня так крепко держите, – сказала я, стараясь не терять самообладание, а затем вырвала руку из ее цепкого захвата.

– Да кому ты нужна, – фыркнула Камилла.

Когда мы отошли достаточно далеко, маска доброжелательности тут же слетела с ее лица.

– Как видишь, мой сын тебя не выбрал. А мой пасынок… – она презрительно сморщила нос, нервно потеребив нитку жемчуга на своей шее, – поиграется с тобой и быстро забудет. Прямо как его отец забыл ту русскую подстилку. Так что мой тебе совет, девочка, – возвращайся домой, пока не потерпела еще одно фиаско.

Я чувствовала, как от ее слов в груди закипает ярость, но понимала, что именно на это Камилла и рассчитывала. Она пыталась вывести меня и с наслаждением смотреть, как я заплачу, начну оправдываться или просто молча сбегу.

Что ж, у нее почти получилось. Меня трясло. Еще месяц назад я бы могла проглотить все унижения в надежде сохранить отношения с отцом своего ребенка, но теперь же мне терять нечего. Я не собиралась молчать.

– Я уже не питаю иллюзий насчет Адриана, – холодно сказала я, пытаясь скрыть дрожь. – И, думаю, вы должны это знать. Это не он меня не выбрал. Это я ему отказала. Буквально перед помолвкой он подходил ко мне и говорил, что мы можем быть вместе, но его предложение слегка запоздало.

Узкие ноздри Камиллы гневно раздулись, а глазами она, кажется, была готова метать молнии.

– А что касается Марка, – продолжила я, – это наша жизнь и мы сами с ней разберемся.

Не дожидаясь ее ответа, я развернулась и быстрым шагом направилась к дому. Руки дрожали от адреналина, сердце гулко стучало в висках, а ноги казались совсем ватными. Но я заставляла себя идти, потому что желание оказаться подальше от этих людей, их фальшивых улыбок и ядовитых слов, было куда выше физического недомогания.

Потянув на себя тяжелую дверь, я вошла в холл. Музыку из сада было едва слышно, как будто она доносилась из другого мира.

Я понимала, что Камилла вряд ли побежит за мной, поэтому позволила себе остановиться и отдышаться. Прислонилась к стене и закрыла глаза, считая от 0 до 10 и в обратную сторону. Стала прислушиваться к себе, своему организму, но вместо этого услышала непонятный стон, донесшийся откуда-то справа.

Между холлом и малой гостиной от чужих глаз была спрятана гардеробная для верхней одежды гостей. В летний период эта комната не пользовалась спросом, но дверь оказалась приоткрыта и звук шел оттуда.

Звук был странный, всхлипывающий, и я решила заглянуть внутрь на случай, если вдруг кому-то окажется плохо.

Правда хватило одного взгляда, чтобы понять – тем, кто внутри, сейчас о-о-очень хорошо и моя помощь здесь вряд ли требуется.

Адриан стоял позади Адель, вжимая ее в один из комодов. Ее роскошное платье было задрано до пояса, открывая бледные худые бедра. Кружевное белье оказалось небрежно спущено до щиколоток, а сам Адриан грубо сжимал Адель за талию, жестко вколачиваясь в нее. Это было так на него не похоже… Он явно не церемонился, не думал о романтике и о том, что может причинять боль своей невесте. Слышалось тяжелое дыхание Адриана и тихие всхлипывания Адель.

Я настолько не ожидала увидеть эту картину, что стояла в оцепенении, а потом поняла – Адриан не просто занимался любовью со своей невестой. Он грубо трахал ее в доме, полном гостей, даже не потрудившись дойти до спальни. Он срывал на ней свою злость после того, как попробовал меня вернуть и получил жесткий отпор…

Даже если он хотел очистить свою совесть и не рассчитывал, что я брошусь ему на шею, отказ все равно больно ударил по его эго, а наблюдение за мной и Марком – окончательно добило. Какие бы чувства он ко мне ни испытывал, после расставания всем нужно время, чтобы раны затянулись – у нас этого времени не было.

От абсурдности ситуации нервы окончательно сдали.

Я начала смеяться.

Адриан оглянулся на звук моего голоса. Его красивое лицо исказилось от шока, затем на смену первым эмоциям пришла злость. Адель ахнула, поспешно попыталась опустить платье, но оно зацепилось, мешая прикрыть голый зад.

– А вы молодцы! Зря времени не теряете, – сказала я сквозь нервный смех.