Он настолько злобно захохотал, сжимая свободный от руля кулак, что сразу стало понятно — поручик не всерьёз. Впрочем, если бы они действительно кутили, как легендарные гусары — напаивая лошадей шампанским из ведра, и с неизбежной поножовщиной, — об этом бы стало известно. А пристойные посиделки под музыку и танцы, пусть и современные, но всё же пристойные — не такая уж и горячая тема.

— Рад, что смогу помочь в этом благородном деле, — ответил я. — Но у меня нет сабли, так что, если вы не возражаете, я буду орудовать столовым ножом.

Дарья засмеялась и сдерживаться не собиралась. Всё-таки она хоть и из благородной семьи, и какие-то рамки даже среди своих должны оставаться, но скрывать собственные эмоции в компании Агеевой и Гордеева она не пыталась.

Впрочем, мне понравилось, как звучит её смех — искренний, звонкий, счастливый.

— Хорошо хоть не канделябром, — отсмеявшись, поддержала тему наследница престола. — А то, знаете ли, бывали оригиналы в нашей истории.

Я улыбнулся в ответ.

— Не сделал, — констатировала Лариса, указывая рукой на табло, где скорость уткнулась в 128 и стала спадать. — Я же говорила.

— Я же говорила, — писклявым насмешливым тоном передразнил её Станислав. — С тобой, Лора, каши не сваришь. Верить нужно в своих друзей, верить, а не каркать.

— Я верю в математику, — хладнокровно отозвалась Агеева. — А она против тебя. Так что извини, Стасик, но здесь тебе не победить.

Однако не было похоже, что Гордеев сильно расстроился. Вслед за машиной охраны он свернул с МКАДа, и мы покатились по городским улицам. Я воспользовался паузой в разговорах, чтобы немного перевести дух. Всё-таки вымотался за сегодняшний день серьёзно.

Не то чтобы я не ожидал подобной нагрузки — матушка у меня тоже карьеру с нуля построила, и кое-что могла рассказать, — но ощущения всё равно далеко не самые лучшие. И, возможно, небольшой отдых в клубе действительно поможет хотя бы морально восстановиться?

— Как тебе первый день, Иван? — наклонившись ко мне, спросила Дарья.

— Всё примерно так, как и ожидалось, — ответил я.

— «Примерно»? — усмехнулась та. — Только не говори, что не понял, кто-то против тебя решил сыграть. Я читала отчёты, когда узнала, что тебя переведут в корпус. Егоров — худший вариант, и именно его тебе подсунули. Ларионов сам такими вещами не занимается, на нём и так много задач висит, что Илья Григорьевич зашивается. Он не всегда даже свои прямые обязанности успевает выполнить, не то что ещё корпусом руководить.

Я пожал плечами. Понятно, что сейчас был подходящий момент, чтобы потопить окончательно Александра Тимофеевича. Однако он, может быть, и плохой целитель, но не плохой человек. Ничего действительно дурного я от него не видел. Да, относится к службе он отвратительно, но я не стану наговаривать, чтобы наследница престола своей властью выгнала его на мороз.

— Я далёк от интриг, Дарья, — ответил я. — К целительской части меня подготовила ещё матушка. А на практике… Ну, пожалуй, меня могли предупредить, когда я в корпусе служебный планшет получал. В остальном же — всё в пределах нормы. Где-то вышло легче, где-то сложнее, но я доволен тем, как прошёл первый день, и ни о чём ни жалею.

Она отвернулась к окну, подперев подбородок кулачком. Вряд ли по той причине, что мой ответ не понравился, скорее Долгоруковой требовалось обдумать мои слова.

— Значит, ты на своём месте, — авторитетно заявил поручик, выруливая на парковку перед сияющим неоновой вывеской зданием. — Если в конце дня ты смотришь в зеркало и можешь себе честно сказать, что гордишься выполненной работой, значит, ты поступал правильно. Так учил мой дед отца, и отец передал эту науку мне. Это же я скажу, когда буду учить жизни своего сына.

— Репетируешь фразочки, чтобы блистать перед будущим поколением? — с улыбкой уточнила Лариса. — С наскока такое придумать нельзя, поэтому заранее готовишься?

Гордеев посмотрел на неё с сочувствием, после чего тяжело вздохнул и обернулся ко мне.

— Женщины, Ваня, сложные существа, — заявил поручик.

— С ними невозможно, но и без них нельзя, — кивнул я, уже открывая свою дверь, чтобы обойти автомобиль и помочь выйти Дарье.

— Звучит, как тост!

Глава 16

Ночной ресторан «Мидина», именно так, через «и», занимал три этажа и оказался примерно таким, как я и думал — громкая музыка, полумрак, громадный танцпол с множеством зеркал. Несмотря на то что было заявлено, будто посторонних здесь не будет, публики собралось достаточно, чтобы нельзя было разглядеть свободного места.

На первом этаже двигались в танце под безликие песни молодые и не очень женщины. Их мужчины скорее изображали, что чувствуют басы и всё ещё способны шевелиться — настолько неживыми они смотрелись на фоне спутниц.