– Явно больше, чем если буду сидеть на шее у мужа, – отвечаю зеркаля его позу.

В его глазах вспыхивает что-то. Азарт? Удивление?

– С характером, значит, мне нравится.

Я замираю, в груди вспыхивает жар. Смотрю на мужчину. Он что, серьёзно?

Для нашей маленькой шалости он слишком серьёзен и шуточки глупые. Зато лицо у него невозмутимое.

– Так... – тяну я. – Пора, нам ещё фотки сделать нужно.

Мужчина усмехается. Я ловлю его взгляд, как у кота, который на мышку смотрит.

– Идём? – говорю мужчине кивая головой на вход в ЗАГС.

Проходим в зал. Женщина за стойкой что-то щебечет, просит документы. Я протягиваю паспорт. Мужчина – свой.

Женщина с туго собранными волосами на затылки, хмурится всматриваясь в наши документы.

– Ой, а что ж вы не сказали? – она раскидывает руками. – У вас же тут имя поменялось. Ничего страшного, сейчас быстренько подредактируем.

Да она мастер своего дела. Я даже не думала, что фальшивый брак такая лёгкая процедура.

Но вот почему имя поменялось? Должен был быть кто-то другой? А этот, он просто подмена?

Дроздов, видимо, не успел предупредить, что другого прислал.

Ладно, это всё неважно. Главное, чтоб фотки были и доказательства.

Дальше мы проходим в большой зал. Светло, пусто. Мой фотограф уже ждёт у окна, щёлкает пару раз, пока мы идём.

Я улыбаюсь. Стараюсь выглядеть счастливой.

Мужчина рядом. Даже близко. Слишком близко. Я чувствую его запах, его тепло. И внутри всё дёргается.

Регистраторша начинает речь. Длинную, скучную, про любовь и верность. Я не слушаю.

Краем глаза слежу за мужчиной. Он стоит расслабленно, одна рука в кармане, но даже в этой позе чувствуется сила.

Мужчина переводит взгляд на меня.

– Готова? – спрашивает тихо, пока женщина вещает.

– К чему? – шепчу я.

– Чтоб тебе вставили.

Я замираю. Смотрю на него широко открытыми глазами. Что?!

– Кольца? Вы про них? – я шепчу, выгибая бровь.

– Ага, – мужчина усмехается.

Нас подзывают расписаться в документах.

– Вот, – говорит женщина протягивая бумажки.

Я беру ручку в трясущуюся руку.

Наверное, для фотографий тоже нужно. Конечно, чем больше фото, тем лучше.

Я сглатываю и опускаю взгляд на документ, стараясь не думать о том, что меня от одного его взгляда пробивает током.

И только сейчас замечаю имя.

Ник.

Я уже собираюсь поставить подпись, когда вдруг чувствую его рядом.

Грудь Ника почти касается моей спины. Вызывая разряд тока по всему позвонку.

И его голос у самого уха.

– Не там.

Я вздрагиваю. По коже пробегает дрожь.

Всевышний…

Мужчина берёт мою руку и слегка смещает её ниже. Его пальцы горячие, чуть шершавые.

И от этого прикосновения у меня рука начинает дрожать ещё сильнее.

– Здесь, – тихо говорит мужчина, указывая на нужную строку.

Я быстро ставлю подпись.

Всевышний…

До чего педантичный, какая вообще разница, где расписываться на фальшивом документе?

Я скольжу глазами ниже и вижу свои данные.

Рамина Гаджиева.

Мужчина рядом ухмыляется.

– Рамина, значит.

Я поднимаю на него глаза.

Ник смотрит сначала в документ, потом на меня. С этим своим невозможным, наглым взглядом, от которого у меня внутри снова всё начинает подрагивать.

– Красивое имя, – произносит мужчина, чуть склонив голову.

Я быстро отвожу взгляд и сильнее сжимаю ручку, и уже собираюсь отойти, когда регистратор спрашивает.

– Фамилия супруги остаётся прежней?

Я зависаю. Вот об этом мы не говорили. Что за вопросы вообще?

– Я… – начинаю мотать головой.

– Моя, – отвечает Ник.

Я поворачиваюсь.

– Что?

Мужчина смотрит на меня сверху вниз.

– Моя жена не будет ходить с чужой фамилией.

Всевышний, ну за что мне это всё?!

Я тихо хмыкаю.

– Ты слишком вживаешься в роль, – шиплю я сквозь зубы.

А мужчина лишь улыбается.

– Зато ты пока хуёво в неё вживаешься.

Я закатываю глаза.

Странный тип, очень странный.

Но ладно, фотограф уже щёлкает камерой.

Мы подходим ближе. Ник кладёт руку мне на талию. По коже мгновенно пробегают искорки, обжигая.

– Отлично! – говорит регистратор. – Объявляю вас мужем и женой!

Я выдыхаю. Ну всё! Спектакль окончен.

Я поворачиваюсь к мужчине.

– Отлично, спасибо. Думаю, на этом всё.

Ник забирает документ. Листает, проверяет там что-то внимательно.

– Теперь ты моя жена.

Я моргаю. Ему что вспышки камеры засветили в мозгу что-то? Какая жена? О чём этот халк говорит?

– В смысле?

Ник смотрит мне в глаза, которые сейчас наверное размером с блюдце.

– Документы подписали, всё официально.

И в этот момент, у меня внутри что-то холодеет. Шестерёнки в мозгу активно крутятся, а после встают на места.

И эти места мне очень не нравятся!