— Насколько мне удалось узнать, — сказал я, почесав макушку и делая вид, что старательно вспоминаю, хотя предоставленная нейроинтерфейсом информация у меня была, можно сказать, перед глазами. — Мозг Красного медведя может послужить для улучшения действия противоядия его основному навыку.

— Для ментального эликсира? — Женя вскинула брови. — Несколько неожиданно. А твой источник информации рассказал тебе, как добыть из этой прелести нужное вещество?

— Ну разумеется! — сказал я, улыбаясь, и заговорщицки подмигнул. — И даже знаю, как это правильно добавить в эликсир, чтобы значительно улучшить его свойства, а не просто приготовить какую-то бурду.

— Тогда чего же мы медлим? — спросила девушка и прямо руками начала ловко и быстро разбирать мозг на составляющие.

Я тем временем подготовил посудину для варки и поставил на стол мощную электроплиту, спиртовки здесь не подойдут, будем до вечера ждать, пока закипит.

По моему рецепту для производства ментального эликсира нужны были только лобные и височные доли. Мозг монстра напоминал человеческий, но имел более вытянутую форму и меньше борозд и извилин. Знания анатомии позволили мне без труда отделить нужную часть, а остальное мы решили пока заморозить, пока не узнаем, чем это всё полезно.

Кромсать исходный материал я вызвался сам, а Женя с интересом наблюдала, как я сваливаю с лотка мелкие кусочки в посудину, заливаю реагентом и ставлю на плиту.

— Немного странный растворитель ты выбрал, — произнесла она, нахмурившись. — Ты точно уверен?

— Абсолютно, — уверенно кивнул я, помешивая содержимое посудины стеклянной трубкой, обычные ложки и поварёшки здесь не подойдут, среагируют.

— И установку синтеза сам соберёшь? — спросила Евгения, испытующе глядя мне в глаза.

— Хочешь сказать, что ты мне не доверяешь? — спросил я, хитро улыбаясь.

Девушка некоторое время смотрела на меня, но, видимо, мой уверенный взгляд развеял её сомнения и она утвердительно кивнула.

— Хорошо, собирай, — уже чуть более уверенно сказала Женя. — А я пока послежу за твоим варевом.

— Сразу после закипания перевести на самый медленный огонь и варить пятнадцать минут, — сказал я, подбирая на полке нужные компоненты для установки.

Я расставил на столе штативы и приступил к сборке. Женя осторожно перемешивала содержимое посудины и практически не отрывала взгляд от моих действий. Пару раз она хотела вмешаться и даже уже открыла рот, чтобы что-то посоветовать, но потом передумала, увидела, что я в итоге всё делаю правильно.

Установка была собрана больше, чем наполовину, когда реагент начал закипать и появился весьма неприятный едкий запах. Евгения сразу увернула плиту на минимум и включила вытяжку, наполнившую лабораторию ровным низким гулом, запах сразу же улетучился.

— Ох, только сейчас обратил внимание на новую вытяжку, — улыбнулся я, окинув взглядом зонт из нержавейки и довольно крупные трубы квадратного сечения, уходившие под потолок, а затем сквозь внешнюю стену на улицу.

Ну да, если бы окна лаборатории выходили на фасад здания, я бы не смог не заметить новые трубы, уходящие вверх по стене и поднимающиеся над крышей, так требовала техника безопасности.

— Смотри, они уже полностью растворились, — произнесла Евгения, продолжая осторожно перемешивать вяло булькающую жидкость, которая теперь приобрела золотисто-жёлтый цвет.

— Отлично, значит, можно уже не мешать, — ответил я, завершая сборку установки и проверяя надёжность соединений. — Посматривай пока, а я подберу все нужные ингредиенты.

— У меня уже начинает складываться впечатление, — сказала Женя, слегка нахмурившись и искоса глядя на меня, — что ты в лаборатории главный, а я у тебя в помощницах.

— Ну ты же знаешь, что это вовсе не так, — сказал я и одарил её одной из самых обезоруживающих улыбок. — Просто тебе попался хороший и прилежный ученик, который всё запоминает буквально на лету. Поэтому я и не жду твоих указаний, а действую самостоятельно.

— Ну хорошо, — девушка тоже украдкой улыбнулась и продолжила следить за варевом, которое начинало всё больше напоминать расплавленное золото.

Я убедился, что она успокоилась, и продолжил подготовку к синтезу. Содержимое посудины выдавало очень много испарений, быстро уменьшаясь в объёме. Новая вытяжная система с этим справлялась влёгкую, выбрасывая всё это выше крыши госпиталя.

Думая об этом, я вспомнил про горностая. Испарения, выбрасываемые вытяжкой в атмосферу, развеиваются достаточно высоко и не должны никак повлиять на моего питомца. К тому же, если ему что-то не понравится, просто убежит в сторону, он же не на цепи там сидит.

— У меня всё! — оповестила Евгения, снимая посудину с плиты и опуская в таз с холодной водой, который я уже поставил рядом. — И что дальше?

Она спокойно смотрела на меня, но я заметил, как чуть приподнялись уголки губ. Полностью скрыть хитрую улыбку ей не удалось. Снова меня проверяет. Да никаких проблем!