Твёрдо стоя на толстом, очищенном временем от коры стволе, я обернулся и увидел, что друзья идут следом. Вот и хорошо. Этот сомнительно сентиментальный момент затягивать вовсе ни к чему. Ствол лежал прочно, не шатался и не прогибался под нашим весом. Мы спокойно перешли на другой берег, который был чувствительно ниже нашего, и спрыгнули на подобие широкого песчаного пляжа.

Матвей снял рюкзак и бросил его в паре метров от кромки воды, глядя на берег, с которого мы пришли.

— Я бы не советовал находиться так близко к воде, — сказал я напарнику. — Лучше отойти подальше, мало ли что там обитает и может вылезти сейчас наружу.

— Так тут же мелко с этой стороны, — пожал парень плечами. — Кто тут нападёт?

— Мелководье — хорошая зона для разбега какого-нибудь аллигатора, — сказал я.

— Да ну, ты гонишь, Ваня, — усмехнулся Матвей. — Ну откуда в Сибири аллигаторы? Может, ещё и акулы?

— А гиены? Василиски? — спокойно спросил я. — Они тут коренные жители с глубины веков?

— Ладно, убедил, — сразу согласился мой напарник, подхватил рюкзак и отошёл от берега подальше, где заканчивался песок и начинала расти сочная синяя трава. — Тогда здесь будем обедать.

— Другое дело, — сказал я, скидывая свой рюкзак и попутно просматривая карту окрестностей.

В радиусе ста метров на суше ни одной красной точки, а вот в омуте у того берега, похоже, сидит такое же чудовище, какое я совсем недавно уничтожил. Если даже эта громадина надумает на нас напасть, то её могучую тушу будет далеко видно в воде, так как пляж и правда мелкий, потом нас от воды отделяла полоса песка метров тридцать, так что тут у каракатицы шансов никаких.

— Доставай своё сало с луком, — сказал Матвей Стасу, держа в руках пакет с вяленым мясом и компот, больше из его запасов ничего не осталось.

— Это не моё сало, — сказал Стас, расстелив полотенце на траве и выкладывая на него продукты.

— А чьё? — удивлённо спросил Матвей.

— Свиное, — спокойно ответил Стас, нарезая шмат ароматного сала с прослоечкой на кусочки.

— Тьфу ты! — сплюнул Матвей и рассмеялся. Видимо, впервые услышал такую шутку. — Давай тогда свиное.

— У меня хлеб уцелел, — сказал я, доставая свою часть тормозка из рюкзака. — И яйца.

— Не твои? — уточнил Стас, бросив на меня лукавый взгляд.

— Нет, — усмехнулся я. — Матвей свои мне в рюкзак положил.

— Бедный Матвеюшка, — сдавленным голосом, словно сквозь слёзы, тихо произнёс Стас и даже всхлипнул для убедительности. — Как же он без них теперь?

— Что-то в моём поведении подсказало тебе, что я сейчас без них? — слегка напряжённо спросил Матвей.

— Ой, ну чего ты сразу заводишься? — тяжко вздохнул Стас, разрезая луковицу. — Это же шутки всё, обстановку-то надо разрядить. А то если даже во время отдыха монстров обсуждать, то совсем кисло будет. Мы же не школьники какие-нибудь, которые впервые в жизни в Аномалию пришли и во время привала обсуждают Туманного ежа и кто какую синюю травинку нашёл.

— Ты прав, — вздохнул Матвей, с тревогой вглядываясь вдаль, в сторону излучины реки. — Так-то тут красиво. Вроде как земной ландшафт и в то же время фантастический. Цвета неестественные и порой кажется, что всё это просто сон, чаще всего страшный.

— Так, Матвеюшку на кислятину потянуло, — снова вздохнул Стас. — Ваня, у тебя случаем лимона нет? Говорят клин клином вышибают.

— А лучше бы мороженое, — пробормотал, щурясь на солнце и жуя сало, Матвей. — Пломбир в вафельном стаканчике. Никаких этих там новомодных фруктовых льдов, снегов и тому подобного, а просто пломбир. Даже лучше без шоколада, чтобы ничего лишнего и ничто не отвлекало от нежного сливочного вкуса и приятной сладости.

— Да вы гурман, батенька, — усмехнулся Стас. — У нас по зиме в качестве мороженого используют сосульки, свисающие с крыши. Это даже не фруктовый, а просто лёд, главное, чтобы не жёлтый.

— У вас собаки по крышам гуляют, что ли? — рассмеялся Матвей.

— Ну вот, — довольно улыбнулся Стас. — Хоть киснуть перестал и то хорошо.

— Рассмешил, спасибо, — кивнул Матвей, продолжая улыбаться. — Но учти, ты мне обещал костяную фигурку! Не надейся, я про такое не забуду. Пока не сделаешь, с живого с тебя не слезу.

— Обещал, значит, сделаю, — ответил Стас, так смачно откусывая от дольки лука, что даже сок брызнул. — А на руках я тебя носить не буду, лучше сразу убей.

Имеющиеся съестные припасы мы разделили ровно на две части. Одну съели сразу и с тоской проводили вторую глазами в рюкзак Стаса.

— Давай я лучше к себе уберу, — предложил Матвей. — У меня выносливости больше.

— У тебя рюкзак внутри так и не высох, — покачал головой Стас. — Ты бы лучше и солонину мне отдал или Ване.

— Ваню не надо лишним нагружать, — строго сказал Матвей, сразу посерьёзнев. — Ваня у нас главная боевая единица и наш командир, который не прячется за спинами и всегда идёт впереди. Ему лишний вес в рюкзаке не нужен, даже такой.

— Давай на воду махнёмся, — предложил я. — У меня двухлитровая фляга с собой. А я к себе могу как раз вяленое мясо убрать и можно ещё что-нибудь, что влаги боится.