Бойцы едва успевали менять магазины автоматов, и это притом, что они продолжали стрелять одиночными, не переходя на очередь, чтобы экономить патроны. Через несколько минут поток монстров иссяк, как и наш боекомплект. Практически вся чаша была завалена их трупами.

— Теперь не хочется уже уходить отсюда просто так, — сказала Евгения, разглядывая тело ближайшего каменного льва, который лежал от нас буквально метрах в десяти на склоне чаши.

— А мы пока и не уходим, — сказал я. — Так что можешь пока ими заняться. Внутрь, скорее всего, тоже не полезем, но надо хотя бы посмотреть, что это всё собой представляет.

Пологий склон, возле которого мы находились, похоже, служил монстрам центральным выходом из этой огромной ямы. Другие склоны были более крутыми, и в них находилось полтора десятка огромных нор.

Мы разделились по три человека на каждое отверстие, но я сказал близко не подходить, а лишь следить, чтобы оттуда никто не появился.

Евгения с Матвеем и Стасом по моему заданию начали заниматься добычей магических кристаллов. Женя к тому же решила попробовать вскрыть одного из Каменных львов. Девушка попросила Матвея разрубить его шкуру на груди и на брюхе его здоровенным мечом, с которым парень так и не расставался. Впрочем, как и я со своим протазаном.

Пары мощных ударов хватило, чтобы прорубить толстую бронированную шкуру и грудину. Дальше девушка уже занималась сама. Стас и Матвей на всякий случай её охраняли.

«Всё правильно делает, — подумал я про себя. — Предоставим Герасимову новые образцы для изучения. Все же нельзя забывать и про этот аспект взаимодействия с Аномалией».

Норы, которые шли на север и на юг, сначала казались тупиками, но это явно было не так. Скорее всего, они просто уходили в сторону. Зато те, что были направлены в сторону края кратера, уходили вглубь, неизвестно насколько. В норах тумана не было, и поэтому достаточно было посветить мощным фонариком, чтобы понять, что там разветвлённая сеть тоннелей.

— Да это не просто норы, там целый муравейник, — напряжённо произнёс Михаил Анатольевич, стоявший возле меня с округлившимися глазами и смотревший вглубь пещеры.

Внезапно, словно стены пришли в движение. То, что до этого было неподвижным, задвигалось, превращаясь в трёхметровых каменных горилл, которые тут же двинулись на нас. Мы начали отступать назад, интенсивно отстреливаясь.

Бросать протазан вглубь пещеры я не стал, так можно его и лишиться. Зато стрелы подоспевшей Евгении справлялись очень хорошо. В одной пещере даже произошёл небольшой обвал, после чего я сказал девушке больше туда не стрелять, от греха подальше.

Всем отрядом мы сгрудились в центре чаши, продолжая истреблять монстров. Чтобы экономить патроны, я раздавал налево-направо молнии, прожигая монстров в голову. По одному разряду каждому хватало, даже огромному каменному льву. Всё-таки шестой круг даёт о себе знать.

Когда всё затихло, я понял, что энергии осталось совсем немного, но при этом моё самочувствие ещё было вполне удовлетворительным. Никаких тёмных кругов перед глазами или стаи мушек. Причём то немногое, что сейчас осталось, это примерно половина того, с чем я приехал в Каменск. Так что всё относительно и познаётся в сравнении.

Наконец мы выбрались из каменной чаши и направились в сторону лагеря. Я неотрывно следил за картой нейроинтерфейса, чтобы не пропустить новое нападение. Уже, скорее всего, часа четыре — мне это подсказал голодный желудок. Было бы неплохо пообедать.