[7] В 1-й луне 1-го года эры Великого Сокровища, в год быка — 701 г. В Японии того времени хронология исчислялась по эрам (девизам) правления, выбираемым государями, исходя из «счастливых» сочетаний иероглифов и общей направленности правления, а также согласно 60-летнему циклу. Оба принципа летосчисления были заимствованы из Китая.

[8] Период Муромати, Муромати-дзидай (яп. 室町時代 муромати дзидай, 1336 — 1573) — период в истории Японии, на протяжении которого ставка сёгуна находилась в Муромати близ Киото.

[9] Горная система в южной части префектуры Нара, Япония.

[10] Территория вокруг южной части префектуры Вакаяма и южной части префектуры Миэ в Японии.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ: ПЕЩЕРА ОТШЕЛЬНИКА Глава 2

Спустившись по трапу на причал, Кашивада увидел мужчину в оранжевой ветровке, держащего пластиковую табличку с надписью «Аренда автомобилей X X».

По телефону ему сказали: «…Там будет человек в оранжевой ветровке с табличкой «Аренда автомобилей Х Х», поздоровайтесь с ним!».

Сцена полностью соответствовала тому, что ему описали при бронировании.

Кашивада поздоровался и назвал свое имя. Мужчина указал на парковку и сказал: «Машина уже подготовлена. Пожалуйста, пройдите процедуру оформления документов». Рядом с ним стояла женщина в таком же костюме, одной рукой держащая пачку документов.

После выполнения необходимых формальностей Кашивада сразу же отправился в путь на арендованной машине. Время было около 6:30, солнце медленно поднималось. Несмотря на сильное вибрирование двигателя лайнера, всю ночь он провел в легкой дремоте, поэтому чувствовал себя свежим и бодрым.

На островном шоссе лучше всего путешествовать одному на небольшом автомобиле. Когда Кашивада проехал через деревню Сэнсуй[1], после двух сосен дорога вдруг внезапно окрасилась в серые оттенки. По обе стороны густо росли камелии, поэтому это место называлось «Тоннель камелий». Даже лучи утреннего солнца не попадали в это странное место.

Стояло ранее лето, цветов ещё не было. Если бы Кашивада приехал сюда в феврале или марте, ветви были бы густо усыпаны красными цветками. Он видел фотографию цветущих камелий, когда листал путеводитель по достопримечательностям острова Идзуосима.

Цветы выглядели чрезвычайно яркими, насыщенными, их красота была такой интенсивной, что казалось, будто даже сок, текущий внутри ствола, тоже должен быть красным. В растениях обычно течет прозрачный сок, но эта ослепительная красота создавала ощущение, будто он вот-вот выступит наружу ярким красным пятном.

На коже Кашивады не было никаких красных пятен, но в его теле должна течь ярко-красная кровь. С момента прибытия в этот мир он никогда не видел, какая кровь течет в его организме, поскольку никогда не получал ранений и не сталкивался с кровопролитием. В те редкие ночи, когда он долго не спал, наблюдая за своим лицом в зеркале, тончайшие кровеносные сосуды на склере глаз, похожие на паутинку, доказывали, что в нем действительно течет красная кровь.

«Интересно, были бы у меня красные слёзы, если из этих тончайших капилляров вытекала кровь?»

Такие мысли возникали у Кашивады потому, что недавно он прочитал книгу, в которой была глава о кровавых слезах Девы Марии. Подобные невероятные истории были повсюду и, хотя в современности мы знаем, что это обман, мы все равно с удовольствием рассказываем их. Как в Японии, так и в Европе, в древних мифах встречаются многочисленные явления, объяснить которые невозможно с помощью науки — от восьмиглавых змей до огромных камней, парящих в воздухе.

Тоннель камелий был коротким, и свет утреннего солнца быстро вернулся, рассеяв иллюзии Кашивады. По мере подъема солнца будет повышаться температура — говорили, что к середине дня будет выше тридцати градусов.

Море исчезло слева, а справа, где начиналось извилистое шоссе, появилось объявление: «Сад камелий» и знак парковки. Кашивада повернул руль направо и загнал автомобиль на стоянку.

Выйдя из машины, Кашивада разложил карту на капоте. От парковки «Сада камелий» через зоопарк и приморскую деревню проходила прибрежная пешеходная тропа, которая тянулась от побережья Сэнсуй и заканчивалась пещерой Эн-но Гёдзя. Судя по карте, невозможно предположить, как выглядело то место, поэтому Кашивада подготовил водостойкий плащ, футболку, шорты и ботинки для дайвинга, которые можно было носить на босу ногу.

Час был ранний, и поблизости никого не было. Меньше, чем через десять минут сквозь кустарник слева показалось море. После перехода по небольшому мостику открывался вид на пляж. Одну сторону пляжа покрывали круглые камни. От постоянного омывания морскими волнами камни блестели в темноте. Это и был пляж около пещеры Эн-но Гёдзя.

Южный край пляжа представлял собой отвесную скалу, уходящую прямо в воду. В средней части пляжа просматривалась узкая полоса — это была тропинка, образованная эрозией скалы морем. Шагая по этой тропе, должно быть, можно добраться до пещеры Эн-но Гёдзя[2].

С земли нельзя было увидеть пещеру странствующего монаха целиком. Чтобы обозреть её полностью, нужно наблюдать с определенной точки в море.