В августе 1915 года царь возложил на себя обязанности Главковерха и сослал Николая Николаевича на Кавказ. Одновременно в правительстве были произведены большие перестановки. Маклаков лишился должности министра внутренних дел, его сменил Алексей Николаевич Хвостов, известный под кличкой Соловей-разбойник. Наглый, беспринципный, готовый на все, он являлся креатурой императрицы и Распутина. Вступив в обязанности, Хвостов начал усиленно обхаживать «святого старца», выпил с ним море коньяка, а потом вдруг решил… убить своего покровителя. Вот такой у России посреди войны оказался главный страж законности. Недолго думая, министр поручил устранение Гришки двум своим подчиненным: Белецкому и Коммисарову. Белецкий, выгнанный из директоров Департамента полиции Джунковским, после его отставки вернулся в МВД и стал товарищем министра. А жандарм Коммисаров занимал должность помощника начальника Петроградского охранного отделения и обеспечивал охрану Распутина. Эти два проходимца не уступали Соловью-разбойнику в беспринципности, но были умнее. И убивать «святого черта», конечно, не собирались. Но и спорить с шефом они тоже побоялись, а просто тянули время. Хвостов потерял терпение и поручил ликвидацию третьему проходимцу, некоему Ржевскому. Который разблаговестил о секретном задании всему свету… Три недели назад Хвост вылетел в отставку. Его место занял Штюрмер. В начале года он неожиданно для всех был назначен председателем Совета министров, а теперь еще получил в нагрузку и МВД. Говорить с этим вечно занятым, но пустым человеком о командировке Лыкова барон Таубе не собирался.

Проще было решить этот вопрос с непосредственным начальником Алексея Николаевича, директором Департамента полиции. За последний год на этой должности сменились несколько человек. Недоброжелатель Лыкова Брюн-де-Сент-Ипполит перешел в Сенат. Его преемник Моллов пробыл в должности недолго. Он был болгарином по национальности. Когда Болгария вступила в Четверной союз, держать его на такой ключевой должности сделалось неудобным, и директором назначили грека Кафафова. Точнее, исполняющим обязанности. Константин Дмитриевич был хотя бы опытен, так как давно служил в департаменте в должности вице-директора. Но и его положение оставалось шатким, и в настоящие директора наконец назначили Климовича. Умный, властный, тертый, Евгений Константинович Климович отлично годился для этого кресла. Бывший виленский полицмейстер, бывший помощник московского губернатора, бывший заведующий Особым отделом Департамента полиции, генерал-майор – для него в полицейском деле тайн не было. Климович состоял с Лыковым в дружеских отношениях. Таубе уважал генерала и не стал прибегать к японским церемониям.

В результате в МВД из Ставки полетела телеграмма: статского советника Лыкова срочно направить в Могилев для выполнения секретного задания Верховного командования.

Глава 2 Лыков

Алексей Николаевич действительно был в родном ему Нижнем Новгороде. Департамент полиции получил отношение от тамошнего полицмейстера. В первом корпусе только что отстроенной губернской тюрьмы завелся необычный арестант. Звали его по бумагам Окион Чивирев. Крестьянин соседней Костромской губернии, отбывал срок за кражу медного провода с трамвайной линии, все как у людей… Но внутрикамерное осведомление подало смотрителю сигнал: Чивирев не тот, за кого себя выдает. Скрытный, недоверчивый, ни с кем не сходится – это еще куда ни шло. Таких мизантропов в тюрьме хватает. Но по воспитанию крестьянин превосходил сидевших с ним бок о бок товарищей по несчастью. Случайно выяснилось, что он знает латынь. А потом осведомитель Мотель Биленькис, он же Мишка Беленький, обратил внимание, как Окион моет руки. Будто врач! Долго, старательно, со строгой последовательностью действий, каждый раз на один и тот же манер.

Сигнал дошел до смотрителя полковника Фирсина. И тот, умная голова, вызвал к себе начальника местного сыскного отделения Левикова, попросив взять с собой списки лиц, разыскиваемых полицией. Два чиновника сели, просмотрели списки и обнаружили в них очень опасного беглеца, убийцу и насильника по фамилии Дерябизов. Уроженец города Коломны Московской губернии, сын коллежского советника, первый танцор на балах в благородном собрании. Студент четвертого курса медицинского факультета. Участник автомобильного пробега Москва – Варшава (занял второе место). Чемпион Москвы по французской борьбе. Казалось бы, живи и радуйся… Но в мае 1914 года студент-автомобилист изнасиловал, а потом убил шестнадцатилетнюю гимназистку. Труп со знанием дела разрезал на части и закопал в разных местах. Ногу вырыли собаки на окраине Коломны, и началось дознание. Сыщики быстро определили убийцу. А заодно выяснили, что он тем же способом расправился еще с двумя другими девушками, одной из которых было всего тринадцать лет. Однако Дерябизов успел скрыться, и поиски ничего не дали. Вот уже два года негодяй находился в циркулярном розыске. И вдруг похожего на него человека обнаруживают в нижегородской тюрьме в обличье вора, снимающего по ночам трамвайные провода.

Полицмейстер передал сигнал в Департамент полиции, и Лыков поехал в Нижний. Он сам напросился в эту командировку. Во-первых, хотел повидать сестру, с которой давно не общался. Во-вторых, сидеть вечерами в пустой квартире делалось уже невыносимо.