— Вот как? — Ричер сделал полшага назад и сказал: — В зале есть букмекеры? Я ставлю на лоботомированную собаку. Это уж точно.

Парень рванулся вперёд и запустил кулак прямо в лицо Ричера. Никакой техники. Никакого мастерства. Просто куча веса, инерции и ярости. При некоторых обстоятельствах это могло бы сработать. Но не в этот вечер. Потому что Ричер отступил в сторону. От тёмной железной трубы, перед которой он стоял. Кулак парня с размаху врезался прямо в неё. Костяшки раздробились. Пальцы сломались. Всевозможные мелкие косточки в кисти, запястье и предплечье были раздроблены. Сухожилия порвались. Связки разорвались. И на этот раз он не издал ни звука. Боль позаботилась об этом. От неё он потерял сознание прямо на месте. Колени подкосились. Ноги сложились. Он опрокинулся назад и рухнул на пол, головой в шести дюймах от маленького зонтика, упавшего с напитка, который он заставил официанта пролить несколькими минутами ранее.

Ричер отнёс ёмкость обратно в бар и поставил.

Бармен сказал:

— Бесплатно.

Ричер не сразу отпустил ёмкость. Он думал о похожей ситуации, которая привела к его понижению до капитана. Он сказал:

— Если кто спросит, кто покалечил этого парня?

— Никто. Он покалечил себя сам.

— Правильный ответ.

Майкл Раймер завтракал на террасе за домом, как обычно, в одиночестве. Он не спешил. Незачем. Дни, когда нужно было спешить, остались позади. Он вышел на пенсию. Счастливо. У него не было семьи. Некому было подстраивать свой распорядок. Не считая четвёртой жены, которая ушла от него почти десять лет назад. Всё, что ему нужно было делать — это впитывать утреннее солнце вместе с овсянкой и кофе, а затем спуститься к лодочному сараю и отвязать «Пегаса». Его гордость и радость. Впереди был целый день рыбалки на озере, а вечером — бутылка вина и фильм на видике. Так было не всегда. Совсем наоборот. Но в последнее время жизнь к нему благоволила. Он не обольщался на этот счёт.

Раймер был уже на полпути к своему любимому месту, где можно было бросить якорь — там крупный окунь клевал гарантированно, а вид на Скалистые горы неизменно захватывал дух, — когда увидел нечто неожиданное. Другую лодку. Сорокафутовую. Владельцы остальной полудюжины домов, разбросанных по берегу озера, обычно пользовались своими домами — и лодками — только летом, и иногда по праздникам. В остальное время года он мог быть практически уверен, что будет на воде один. Так, как он любил. Он подумывал изменить курс. Найти более уединённое место. Но что-то в другой лодке его беспокоило. То, как она двигалась. Казалось, она бесцельно дрейфует. Не на ходу. И не на якоре. На мгновение он задумался, не могла ли она каким-то образом отвязаться от соседнего пирса ночью и ветром пригнать её так далеко. Потом из рубки показался человек. Женщина. Она начала махать. Но не приветливо. Обе руки бешено вращались над головой. Было ясно, что у неё какие-то неприятности. Раймер надавил на газ и подошёл поближе.

Приблизившись, Раймер узнал лодку. «Герцогиня». Она принадлежала паре из Денвера. Он никогда не удосужился узнать их имён. Кажется, они были врачами. Но он не узнал женщину, которая была на борту. На вид ей было около тридцати. Она была стройной, держала себя в форме, а тёмные волосы были зачёсаны назад в практичную, деловую причёску. Родственница врачей, может? Или подруга семьи? Предположительно, кто-то, у кого было разрешение там находиться. В своей жизни Раймер ввязывался во множество безумных историй, но он никогда не слышал, чтобы кто-то угнал прогулочный катер на горном озере, которое было настолько удалённым, что его практически невозможно было найти, если ты не знал, где оно находится. Он опустил ряд кранцев за борт, привязал их к уткам и осторожно подвёл «Пегаса» борт о борт к терпящему бедствие судну.

Раймер крикнул:

— Всё в порядке?

Женщина схватилась за голову руками. Она сказала:

— О боже, мне так стыдно. Я не знаю, что делать. Двигатель просто заглох, и я не могу завести его снова, и я не знаю, как работает якорь, и лодка постоянно плавает повсюду. Вы можете мне помочь? Пожалуйста?

— Вы здесь одна?

Женщина кивнула.

— Клавдия и Андреас разрешили мне пожить в их доме пару недель. Они сказали, что я могу брать «Герцогиню» когда захочу. Но потом они ещё сказали, что ей легко управлять. Я чувствую себя полной идиоткой.

— Не волнуйтесь. — Раймер взял бухту линя с носа «Пегаса» и перебросил так, что она легла на приподнятый форштевень «Герцогини». Он взял ещё один линь, с кормы, протянул его женщине, перепрыгнул и приземлился рядом с ней. Он взял верёвку и закрепил её на утке, затем сделал то же самое с линем на носу. — Я уверен, это не большая проблема. Мы быстро всё наладим.